В основу легли рассказы бабушки Афанасеи Михайловны Коневой и других рассказчиков. Они стали литературной основой для иллюстраций. Сибирские бывальщины были частью той жизни, которая каждого сибирского человека окружала. В народе широко были распространены рассказы о кикиморах, домовых, банницах, лесовиках, леших. Для меня интересна не только литературная запись этих легенд, но и возможность изобразить живописно атмосферу и быт деревенского русского жилья — полы, печки, запечье, сундуки, сеновалы, сбрую, коней. Все это — целая жизнь, которая окружала меня с детства… В каждой конкретной картинке я хотел очень остро выразить атмосферу и образы сибирской деревни…

Вечерами зимой многие мужики, да и бабы, собирались в избу к кому-нибудь, чаще к Афанасее Михайловне, и рассказывали бывальщины. Заходили, говорили «Здорово!», не раздеваясь, примащивались где кому удобно: одни к печке-железке, другие — где попрохладнее, прямо на полу. Начинали издалека. Говорили обо всем. О Никольских и крещенских морозах, о вывозке сена, о ямщине. Подсчитывали, когда будет нынче Пасха или Масленица, Троицын день или Ильин.
Если год високосный, о нем говорили особенно охотно и много, каждый пытался предсказать, на кого нонче мор будет, какие напасти могут случиться с человеком, вспоминают, какие раньше были. Воспоминания становятся все занятнее, а потом и вовсе перерастут в несусветицу: такие рассказы прямо так и называли — бывальщины.
Но никто из рассказчиков не начинал без повода, нужен был непременно повод для рассказа. Еще он нужен был для убедительности, что рассказчик не врет, а что все это сущая правда и что это было если не с ним, то с его знакомым. Если же повода не подвертывалось, то всегда находился кто-нибудь, кто начинал прямо…

Ночь. Помещение только чуть-чуть освещено светом керосиновой лампы. Внутри конюшни, где стоит лошадь, более темное помещение. Там какие-то блики, копна сена висит и лошадь стоит. Поэтому суседка кажется громадным, а лошадь маленькой.
Суседка — он же домовой. Он похож на Никишу Сафонова (мой односельчанин). То есть в моем воображении суседка и Никиша Сафонов имеют много общего — они оба в шапке, в рукавицах. Только суседка маленький, а Никиша большой… В данном случае на обычной хозяйственной полке, где хранятся колодки, сбруя, освещенной оранжевым светом свечи, суседка лезет… Маленький, бородатый. Очень маленький, почти со следок человеческой ноги.
Суседка живет и в конюшне, и над конюшней. Он заплетал любимым лошадям косы, а на нелюбимых возил воду…