Весной 1911 года Михаил Ларионов находился на военной службе под Москвой. Впечатления от армейской жизни отразились не только в его собственном творчестве, но и в творчестве его жены Натальи Гончаровой.
Данный портрет перекликается с так называемой солдатской серией Ларионова и при этом передает все особенности зрелой творческой манеры художницы: стремление к экспрессии и монументальности, остроту живописного восприятия, подчеркнутую в этом полотне контрастом грубых мужских фигур и нежной цветущей ветки. Гончарова, как и многие ее коллеги, к примеру, Гоген, имела особое понимание цвета и значимости рисунка.
Данный портрет перекликается с так называемой солдатской серией Ларионова и при этом передает все особенности зрелой творческой манеры художницы: стремление к экспрессии и монументальности, остроту живописного восприятия, подчеркнутую в этом полотне контрастом грубых мужских фигур и нежной цветущей ветки. Гончарова, как и многие ее коллеги, к примеру, Гоген, имела особое понимание цвета и значимости рисунка.
