Известно, что Чехов никогда не ставил целью написание детских рассказов. Он вообще с прохладцей относился к детской литературе. Когда он говорил о своей неприязни к этому жанру, он имел в виду тех неудачных авторов, которые писали нудные нравоучительные рассказы для детей. Он даже написал пародию на эту тему и назвал ее «Сборник для детей». Однако, при этом Чехов является автором многих увлекательных рассказов для детей. А его «Каштанка» любима многими поколениями детей и взрослых.
Иллюстрировавший «Каштанку» художник Дмитрий Николаевич Кардовский отмечал, что рассказ, наряду с мастерским описанием персонажей, передает истинную любовь писателя к его героям-людям и героям-животным, демонстрирует глубокое понимание их автором. Художник называл себя большим почитателем чеховского таланта, а жизнь его образов считал близкой ему самому, и отражающей нечто «петербургски-русское». Кардовский писал: «Поэтому нет ничего удивительного, что, когда издатель „Нивы“ Адольф Федорович Маркс предложил мне иллюстрировать „Каштанку“, я взялся за это с охотой».
А вот самому Чехову иллюстрации Кардовского к отдельному изданию «Каштанки», вышедшему в 1903 году, не понравились. Он прямо говорил, что книга «дурно иллюстрирована», хотя оценки современников были противоположными. Надо отметить, что Кардовский являлся не только талантливым графиком, но и членом Императорской академии художеств. Возможно, чеховская оценка связана с тем, что «Каштанка» была дебютом Кардовского в жанре книжной иллюстрации.
Тем не менее рисунки к чеховской «Каштанке» считаются наиболее удачными и знаменитыми работами Дмитрия Николаевича, наряду с иллюстрациями к «Невскому проспекту» Гоголя (1904) и «Горю от ума» Грибоедова (1907). В чеховском рассказе и грибоедовской пьесе Кардовский заострял внимание на точной прорисовке сцен и персонажей. Сказывалось влияние реализма Репина, чьим учеником он был. А вот в гоголевской повести Кардовский тяготеет к изяществу линий и условности, свойственной графике. Здесь явно чувствуется влияние содружества «Мир искусства», с которым художник тесно сотрудничал. Позже учеником Кардовского стал племянник Антона Павловича — Сергей Михайлович Чехов, ставший впоследствии знаменитым советским графиком.
Иллюстрировавший «Каштанку» художник Дмитрий Николаевич Кардовский отмечал, что рассказ, наряду с мастерским описанием персонажей, передает истинную любовь писателя к его героям-людям и героям-животным, демонстрирует глубокое понимание их автором. Художник называл себя большим почитателем чеховского таланта, а жизнь его образов считал близкой ему самому, и отражающей нечто «петербургски-русское». Кардовский писал: «Поэтому нет ничего удивительного, что, когда издатель „Нивы“ Адольф Федорович Маркс предложил мне иллюстрировать „Каштанку“, я взялся за это с охотой».
А вот самому Чехову иллюстрации Кардовского к отдельному изданию «Каштанки», вышедшему в 1903 году, не понравились. Он прямо говорил, что книга «дурно иллюстрирована», хотя оценки современников были противоположными. Надо отметить, что Кардовский являлся не только талантливым графиком, но и членом Императорской академии художеств. Возможно, чеховская оценка связана с тем, что «Каштанка» была дебютом Кардовского в жанре книжной иллюстрации.
Тем не менее рисунки к чеховской «Каштанке» считаются наиболее удачными и знаменитыми работами Дмитрия Николаевича, наряду с иллюстрациями к «Невскому проспекту» Гоголя (1904) и «Горю от ума» Грибоедова (1907). В чеховском рассказе и грибоедовской пьесе Кардовский заострял внимание на точной прорисовке сцен и персонажей. Сказывалось влияние реализма Репина, чьим учеником он был. А вот в гоголевской повести Кардовский тяготеет к изяществу линий и условности, свойственной графике. Здесь явно чувствуется влияние содружества «Мир искусства», с которым художник тесно сотрудничал. Позже учеником Кардовского стал племянник Антона Павловича — Сергей Михайлович Чехов, ставший впоследствии знаменитым советским графиком.
