Наважий промысел развился в Поморье позже остальных рыбных промыслов, но уже в конце XIX — начале XX веков он стал одним из главных морских промыслов в хозяйстве северо-восточных сел Зимнего берега, на Онежском берегу и играл важную роль для жителей некоторых селений Поморского берега. Кроме того, он оказал влияние на развитие поморской экономики Русского Севера в целом. Объемы вылова стали занимать второе место в Поморье, уступая лишь промыслу беломорской сельди.

На Русском Севере наважий промысел носил кустарный характер. Навагу поморы добывали в местах ежегодного преднерестового скопления и самого нереста. Такими были заливы Онежский, Кандалакшский, Двинской и особенно Мезенский (ныне — Архангельская область).

Первоначально орудием поморов для ловли наваги была уда — небольшая удочка. Представленная уда или удоцька из коллекции Российского этнографического музея имеет можжевеловое удилище с сучками для наматывания лесы из белого конского волоса, свитой в три пряди, свинцовое грузило с нитками по концам для наживок. Она предназначалась для зимней ловли наваги в проруби при заходе рыбы в реку во время прилива. Со временем поморы приспособились и стали ставить рюжи — мережи, состоящие из восьми обручей с тремя вставными воронками, двумя крыльями — на поплавках с грузилами и просмоленными, крепкими сетями трех видов, ячейки которых уменьшались от крыльев к задней воронке.

Из других орудий поморами использовались четыре плавка — поплавка для зимних наважьих сетей в виде сосновых дощечек с ушком на зауженном конце; кованая пешня для пробивания льда и две березовые лопаты для сгребания снега и выгребания шуги из лунки при приготовлении проруби. Нельзя было обойтись без еловой скамейки на четырех ножках и овального короба, сплетенного из драни, обшитого по верхнему краю проволокой, с прямоугольным дном и дугообразной ручкой, которым пользовались женщины на Русском Севере при зимней ловле наваги для складывания рыбы и для сидения при отсутствии такой скамейки.