Изобразительное или лицевое шитье появилось на Руси вместе с принятием христианства и достаточно быстро достигло своего расцвета. Уже к XII веку мастерство русских вышивальщиц было известно на Афоне и в Византии, как и икона, лицевое шитье органично вошло в жизнь русского народа. Лицевое шитье было неотъемлемой частью убранства храма.

В большинстве своем произведения лицевого шитья, дошедшие до нашего времени, созданы в стветлицах богатых монастырей, мастерских при дворах феодальной знати и купечества и, конечно, в великокняжеских, а затем и царских мастерских.

Памятники русского лицевого шитья часто имеют вкладные надписи. Тексты надписей сообщают дату и место вклада, имена дарителей. Иногда в них содержатся указания на повод, по случаю которого сделан вклад. Уникальны надписи, в которых названы имена создателей произведения.

Пелена — это ткань с лицевым или орнаментальным шитьем, которая подвешивалась к иконе в знак ее почитания. Сюжет лицевого шитья соответствует изображению на иконе.

Пелена «Похвала Богоматери» — одно из самых ранних произведений в «Особой кладовой». Созданная 1510-м году, она была вкладом удельного князя Федора Борисовича Волоцкого и его супруги княгини Анны в Воскресенский собор города Волоколамска. Об этом повествует вкладная надпись, вышитая в нижней части средника. На шитых произведениях часто встречаются надписи с датами и имена вкладчиков.

Из надписи на пелене явствует, что исполнила её сама княгиня Анна. В центре на троне — Богоматерь с младенцем Иисусом, вокруг нее — святые, пророки и апостолы. Внизу изображены родители Богоматери — Святая Анна и Иоаким. По большому количеству действующих лиц и составу святых пелена не имеет аналогов. Обычно на памятниках с данным сюжетом изображали только пророков.

В подборе святых, среди которых родители Богородицы, и в тексте песнопения, вышитом на каймах, отчетливо звучит тема «бесчадства», моление княжеской четы о наследнике. Через 3 года после создания пелены 37-летний Волоцкий князь Федор Борисович умер, так и оставшись бездетным. Его княжество отошло двоюродному брату — московскому великому князю Василию III.