Иностранные языки, по-видимому, всегда легко давались Николаю Львовичу Гондатти. В Нижегородском Александровском институте, где будущий ученый и администратор отучился шесть с лишним лет, получая среднее образование, преподавались латынь, греческий и французский. И по всем этим языкам у Н.Л. Гондатти были отличные оценки. А заполняя в 1939 г. анкету в Бюро российских эмигрантов в Маньчжурской империи бывший начальник Приамурья указал, что из иностранных языков хорошо знает французский, немецкий и английский.

Когда в 1885–1886 гг. он поехал в Западную Сибирь в свою первую экспедицию, то столкнулся с тем, что инородцы (ханты, манси, ненцы) совсем не знали русского. И за несколько месяцев ученый научился объясняться на их языках, чтобы получить возможность вести антропометрические измерения, собирать фольклор и этнографические сведения.

Вероятно, Н.Л. Гондатти учил и другие языки. Так, в коллекции его книг, хранящейся в ДВГНБ, есть «Грамматика монгольского языка», составленная крупнейшим монголоведом и тибетологом первой половины XIX в. Яковом Ивановичем Шмидтом. В ней автор систематизировал сведения, собиравшиеся им многие годы из «лучших сочинений» на монгольском. Именно письменный язык Я.И. Шмидт положил в основу своего труда. В книгу вошли разделы о произношении и ударении, о монгольской письменности, о частях речи и их управлении, а также о том, как строятся предложения. 

Последнюю часть учебника составляют упражнения на чтение и перевод. Каждое упражнение состоит из фрагмента монгольского текста, пояснительных примечаний относительно встречающихся в нем грамматических особенностей (и иногда — этнографических комментариев) и русского перевода.