«Жена короля», которую в начале ХХ столетия именовали «Женщина под деревом манго», попала в коллекцию Щукина в числе крупной группы работ Гогена. В композиции «гогеновского иконостаса» она стала локальным центром, заняв место слева от «Сбора плодов».
Программная работа Гогена полна переплетений традиций и смыслов. Фигура возлежащей обнаженной таитянки, в образе которой видят спутницу художника Пахуру, парадоксально продолжает линию классических «Венер» и одновременно — скандальной «Олимпии», которую Гоген копировал и изучал.
Символический вертикальный стержень картины — древо познания с оплетающим его змеем, фигурами двух философов и таинственным стражем-собакой под ним. Реальная природа и ландшафт заморских островов в картине полностью слились с идеальным тропическим раем, наполненным философскими образами и украшенным созданными фантазией Гогена растениями.
Красоту «Таитийской Венеры» успели оценить еще при жизни художника. «Тело первобытной Евы» завораживало критиков, а для художников русского авангарда союз классического и варварского стал отправной точкой собственных экспериментов — от торжественных образов Наталии Гончаровой до примитивистских Венер Михаила Ларионова.
