Большое влияние на формирование духовного мира Михаила Нестерова оказала учеба в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, где его руководителем был Василий Григорьевич Перов, один из организаторов Товарищества передвижных художественных выставок.
Нестеров поступил в училище в 1874 году, мальчику было всего 12 лет. В своих воспоминаниях художник отмечал огромное влияние Василия Перова на своих учеников, которые буквально боготворили мастера и восхищались его творчеством. Наставник руководил натурным классом, где будущие живописцы изучали анатомическое строение человеческого тела и делали зарисовки людей, позирующих перед аудиторией. Преподавателю удавалось на протяжении всего сеанса держать класс в приподнятом настроении, что давало возможность работать часами, не чувствуя усталости.
Образование в училище было многоступенчатым. На первой ступени мальчики нарабатывали технику и учились правильно держать карандаши и кисти, делая гравюры с рисунков признанных мастеров и копируя известные картины. Затем следовало обучение в фигурном классе. На этом этапе в качестве моделей выступали гипсовые слепки и статуи, а задачей было досконально изучить схему построения человеческой фигуры. Юным живописцам приходилось сотни раз рисовать контуры изваяний Геракла, Венеры или Антония, в результате многие могли начертить абрис модели, начиная с любого места.
Руководителями класса были профессора Илларион Прянишников и Павел Сорокин. Именно в этот период и был создан этюд «Портрет старика». Картина стала первым серьезным произведением художника и была технически сложной по исполнению. Этюд написан маслом на бумаге, что для 16-летнего Нестерова было бесспорным достижением. Несмотря на излишнюю детализацию, работа отличается высоким уровнем мастерства и показывает огромное дарование Нестерова-портретиста.
Скорее всего, работа над картиной проходила не без помощи педагогов, которые опекали талантливых любимчиков. Михаил Нестеров рассказывал, что профессор Прянишников мог потратить несколько часов на корректировку этюда перспективного ученика, в то же время не обращая никакого внимания на бездарей. За такую работу Илларион Михайлович, не стесняясь, мог присудить и первое место на экзамене. «Ко мне Прянишников благоволил, и несколько прекрасных этюдов, им переписанных, долго у меня хранились», — вспоминал Михаил Нестеров.
Нестеров поступил в училище в 1874 году, мальчику было всего 12 лет. В своих воспоминаниях художник отмечал огромное влияние Василия Перова на своих учеников, которые буквально боготворили мастера и восхищались его творчеством. Наставник руководил натурным классом, где будущие живописцы изучали анатомическое строение человеческого тела и делали зарисовки людей, позирующих перед аудиторией. Преподавателю удавалось на протяжении всего сеанса держать класс в приподнятом настроении, что давало возможность работать часами, не чувствуя усталости.
Образование в училище было многоступенчатым. На первой ступени мальчики нарабатывали технику и учились правильно держать карандаши и кисти, делая гравюры с рисунков признанных мастеров и копируя известные картины. Затем следовало обучение в фигурном классе. На этом этапе в качестве моделей выступали гипсовые слепки и статуи, а задачей было досконально изучить схему построения человеческой фигуры. Юным живописцам приходилось сотни раз рисовать контуры изваяний Геракла, Венеры или Антония, в результате многие могли начертить абрис модели, начиная с любого места.
Руководителями класса были профессора Илларион Прянишников и Павел Сорокин. Именно в этот период и был создан этюд «Портрет старика». Картина стала первым серьезным произведением художника и была технически сложной по исполнению. Этюд написан маслом на бумаге, что для 16-летнего Нестерова было бесспорным достижением. Несмотря на излишнюю детализацию, работа отличается высоким уровнем мастерства и показывает огромное дарование Нестерова-портретиста.
Скорее всего, работа над картиной проходила не без помощи педагогов, которые опекали талантливых любимчиков. Михаил Нестеров рассказывал, что профессор Прянишников мог потратить несколько часов на корректировку этюда перспективного ученика, в то же время не обращая никакого внимания на бездарей. За такую работу Илларион Михайлович, не стесняясь, мог присудить и первое место на экзамене. «Ко мне Прянишников благоволил, и несколько прекрасных этюдов, им переписанных, долго у меня хранились», — вспоминал Михаил Нестеров.
