Любовь к скульптуре Степан Дмитриевич Эрьзя пронёс через всю жизнь. Начав с детских попыток лепки фигурок людей и животных из глины, он продолжил своё церковно-приходское образование в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Затем много лет практиковался в России и за границей, постоянно совершенствуя скульптурное мастерство.
После революции 1917 года художник на протяжении нескольких лет создавал в Екатеринбурге, Баку, Батуми и Новороссийске монументальные произведения, прославляющие свободу, братство и труд, открывал творческие мастерские и занимался педагогической работой.
Эмигрировав в Аргентину, Эрьзя сосредоточил своё внимание на жанре скульптурного портрета и обнажённых женских фигур. Это было связано как с поисками идеальной красоты и душевной гармонии, так и с освоением возможностей новых декоративных материалов (урундай, альгарробо и кебрачо), которые отличались высокой твёрдостью, выразительной текстурой и широкой гаммой оттенков.
После революции 1917 года художник на протяжении нескольких лет создавал в Екатеринбурге, Баку, Батуми и Новороссийске монументальные произведения, прославляющие свободу, братство и труд, открывал творческие мастерские и занимался педагогической работой.
Эмигрировав в Аргентину, Эрьзя сосредоточил своё внимание на жанре скульптурного портрета и обнажённых женских фигур. Это было связано как с поисками идеальной красоты и душевной гармонии, так и с освоением возможностей новых декоративных материалов (урундай, альгарробо и кебрачо), которые отличались высокой твёрдостью, выразительной текстурой и широкой гаммой оттенков.
«Обнажённая» была создана Степаном Дмитриевичем в 1930 году из цельного ствола южноамериканского дерева и является воплощением представлений художника о грации, внутреннем равновесии и вневременной красоте. Гармоничность её пропорций подчёркивается эффектом игры света и тени на поверхности дерева, создавая общее ощущение поэтичности и музыкальности.
Эрьзя работал в редкой технике прямого высекания, вырезая фигуры из дерева без предварительного проекта и набросков. Нельзя не отметить блеска пластики, которой мастер владел в совершенстве. Он, тонко чувствуя возможности материала, мастерски передал свежесть юности, чистоту восприятия мира.
Женские образы скульптора наделены могучей силой любви, уносящей нас в мир чистоты и возвышающей над обыденностью. Как истинный лирик, Эрьзя стремился выразить самые нежные и сокровенные слова о женщине, десятки раз ваял женскую фигуру из разных материалов: гипса, мрамора, цемента, дерева.
Можно спорить о достоинствах или недостатках этих работ, но безусловно то, что в созданиях скульптора нет сентиментальности, слащавого умиления, они рождены глубоким душевным волнением, чистотой восприятия мира, благородством художника и человека.
Мастер всегда тонко чувствует особенности любого материала, своеобразие ситуации, обострённо понимает пластику женского тела. Как в каждом великом произведении, в «Обнажённой» Эрьзи так захватывает юношеская свежесть чувства, ненасытная жадность познания красоты и гармонии мира, могучая жизнеутверждающая сила, что забываешь о профессионально-технических приёмах ваятеля, его уровне мастерства.
