Вока — так близкие звали Всеволода Мамонтова, младшего из троих сыновей Саввы Ивановича Мамонтова, студента юридического и математического факультетов Московского университета. Люди, знавшие Всеволода Саввича уже в пожилом возрасте, описывали его как легкого, милого и деликатного человека, имевшего обыкновение подремать в кресле с книгой в руках. Этим и объясняется смысл надписи. Специально Врубелю позировали редко: «Портретное сходство с людьми получалось у него само собой, в силу его обостренной зрительной памяти».

Врубель познакомился с Вокой в конце 1889 года, когда его отец, Савва Иванович Мамонтов, железнодорожный магнат и меценат, пригласил художника пожить у него в доме на Садовой-Спасской улице. Врубель незадолго до этого приехал в Москву на несколько дней и неожиданно для себя решил здесь остаться. Савва Иванович предоставил художнику в распоряжение свою мастерскую. Вскоре Врубель написал сестре: «Обстановка моей работы превосходная — в великолепном кабинете Саввы Ивановича Мамонтова… В доме, кроме его сына — студента, с которым мы большие друзья, и его самого наездами, никого нет». Именно здесь, в мастерской Мамонтова, Врубель завершил своего «Демона сидящего».

В доме Мамонтовых уставший от прежних неудач Врубель получил условия для творчества. Мамонтов, зная, как нуждается Михаил Александрович в поддержке, постоянно заказывал ему новые работы и сам же их покупал. Так, несмотря на обширные связи в среде архитекторов, проект флигеля для своего московского дома Савва заказал именно Врубелю. Причем это стоило Савве Ивановичу конфликтов с женой, которая совершенно не переносила Врубеля и открыто называла его «богохульником и пьяницей».

Что же так поражало в искусстве Врубеля Савву Ивановича и большинство современников? В представленном на выставке рисунке мы видим совершенно необычный для того времени прием — тот самый, каким исполнен врубелевский Демон. Вертикальной штриховкой разного тона художник, как он сам говорил, «катает» фигуру, то есть как бы лепит ее, обозначая грани лица, кистей рук и тела, и по сути работает, как скульптор.

Вскоре после работы над «Демоном» Савва Мамонтов передал Врубелю руководство гончарной мастерской в усадьбе Абрамцево. Там художник смог проявить свое чувство пластической формы в полной мере.

Однако рисунок производит впечатление скорее эфемерности и нереальности изображенного, нас как будто погружают в сон, сморивший Воку за чтением. Каким образом получается такой странный эффект? Материя, из которой лепится фигура, ничем не отличается от материи окружающей среды, передаваемой той же вертикальной штриховкой. Книга и вовсе не имеет четких очертаний и вызывает ассоциации с неким волшебным зеркалом, показывающим живые картины. 

Осталось сказать несколько слов о самом Воке. После ареста и разорения отца Всеволод Саввич стал скромным страховым служащим и жил в усадьбе своей жены, тульской дворянки Елене Свербеевой. Его страстное увлечение лошадьми и гончими псами сослужило ему добрую службу в советское время: он стал директором Тульской государственной конюшни, а затем заведующим первой в стране испытательной станции охотничьих собак. Всеволода Мамонтова дважды арестовывали как «выходца из верхушечного слоя царской России», но каждый раз отпускали. В последние годы жизни он был экскурсоводом в Абрамцеве, бывшей усадьбе своего отца, ставшей к тому времени музеем. Обычно Всеволод Саввич начинал экскурсию шуткой о том, что эту усадьбу он посетил впервые, еще находясь в утробе матери. Еще при его жизни была издана книга Всеволода Мамонтова «Воспоминания о русских художниках».