В экспозиции Музея разведчика Н.И. Кузнецова представлен уникальный предмет — стол, датируемый началом XX века. Стол был подарен музею семьей Прохоровых в 1979 году. Именно в их доме в 1924 году снимал комнату юный Николай Иванович Кузнецов, когда только начинал свой путь в Талицкой школе-семилетке, поступив в шестой класс. Этот стол — свидетель скромного быта и первых шагов в учебе будущего легендарного разведчика и партизана.
На календаре стоял 1924 год. Еще летом Иван Павлович Кузнецов, посоветовавшись с семьей, твердо решил, что его сын Ника продолжит обучение. Материальное положение семьи позволяло оплачивать съемную комнату, приобрести одежду и самое необходимое для учебы. Иван Павлович чувствовал, что его болезнь все чаще дает о себе знать, и изо всех сил стремился воплотить в жизнь свою мечту — дать сыну образование.
Единственная общеобразовательная семилетняя школа находилась в заводском поселке Талица (ныне город Талица Свердловской области), в 22 верстах от родной деревни Кузнецовых Зырянки. Желание Ивана Павловича поддержала его дочь Агафья. Агафья, знакомая с учителями талицкой школы, проявила инициативу и заранее узнала у директора Анны Зиновьевны Снегиревой, какие документы необходимы для перевода ученика из сельской школы.
Родителям удалось найти для сына съемное жилье в Талице: благодаря знакомым они договорились с хозяйкой дома — Александрой Васильевной Прохоровой. К началу учебного года, собрав все необходимое, Ника переехал в Талицу.
С этой осени забот в семье Кузнецовых прибавилось: теперь нужно было ежемесячно платить за комнату, привозить сыну продукты, заботиться об одежде и обуви. В то время лишь немногие семьи из окрестных деревень могли позволить себе такое образование для детей. В шестом классе, помимо Ники, учились всего трое приезжих из сельской местности.
В последних числах августа, по дороге в Талицу, Иван Павлович спокойно и обстоятельно наставлял сына: призывал его не забывать об учебе, соблюдать дисциплину и всегда оставаться честным. «За правдой пойдешь — счастье найдешь», — говорил Иван Павлович. — Смелость… она ведь начинается от правды. Помни это, смелость — не бесшабашность, не озорство».
В первые дни жизни в доме Прохоровых выяснилось, что Ника часто разговаривал во сне. Эта особенность сохранилась у Кузнецова вплоть до периода подготовки к операции в оккупированном Ровно, где ему предстояло действовать под видом немецкого офицера.
Александра Васильевна о периоде жизни Никоши в их семье:
