На полотне «Мордовская девушка» Харламов изобразил девушку в национальном мордовском костюме эрзя. Модель на его полотне одета в руцу — халатообразную одежду, украшенную вышивкой.

«Мордовская девушка» была написана во время заграничной пенсионерской поездки Харламова после окончания Санкт-Петербургской Академии художеств с большой золотой медалью. Показанная в 1873 году на Всемирной выставке в Вене, «Мордовская девушка» стала одной из картин, за которые художник получил бронзовую медаль. Оценка современниками этой работы была неоднозначной. Критик Стасов в своем отзыве на венскую Всемирную выставку называл ее «сильно написанной». Крамской судил жестче: «Когда Боголюбов мне с особым шиком указал на нее, то, грешный человек, минут пять я даже любовался, потом, осмотревшись и переходя от одного куска живописи к другому, я должен был сознаться, что все это выдумано, фальшиво, неверно, и в конце концов забраковал». Отметим, что картина была приобретена Боголюбовым не позднее 1874 года (возможно, сразу после Всемирной выставки).

Харламова часто называют салонным художником. Один из журналистов той эпохи писал, что его специальностью были «детские головки и сценки из детской жизни». Такого рода работы были характерны для салонного искусства. В «головках» живописец прежде всего ориентировался на вкусы своих заказчиков. Его «головки», предназначенные для украшения состоятельного дома, были приятны, как и сама салонная живопись.

В «Мордовской девушке» Харламова сплетаются различные стилистические течения второй половины XIX века. В ней присутствуют не только отзвуки романтизма и сентиментализма — не случайно уже современники в его «головках» видели как влияние французского художника XVIII века Греза, так и черты реализма (в выборе темы и в тяге к психологизму) и эклектики. «Мордовка», как и многие «головки» Харламова 1870-х годов, вызывает ассоциации с произведениями караваджистов, работавших в Италии XVII века в жанре бамбоччанти. Они часто писали сцены из народного быта, где фигурировали простолюдины, торговцы, нищие, цыгане и т. д. Но Харламов не обращается к подобным мотивам, он лишь заимствует типаж и манеру письма. Цветовая гамма картины выдержана в коричневых тонах. Здесь можно говорить о караваджистской манере тенебросо с ее резкой светотенью.

Отметим, что «головки» составляют большую часть творческого наследия Харламова. Несомненно, не последнюю роль в их создании играл коммерческий успех. Но в отличие от большинства харламовских «головок» в «Мордовской девушке» почти нет налета слащавости. Несомненно, это одно из лучших произведений Харламова.