
Shchekatikhina-Pototskaya Alexandra Vasilyevna
Ученица Николая Рериха и Мориса Дени
Александра Щекатихина родилась 20 мая 1892 года в Александровске (сейчас это Запорожье) в семье купцов-старообрядцев. Ее дед, Григорий Щекатихин, был иконописцем, расписывал пасхальные яйца, иллюстрировал книги.
В Александровске Щекатихина окончила гимназию. Рисование там преподавал Федор Беляев, выпускник Академии художеств. Он обратил внимание на талант воспитанницы и предложил поступить в одно из петербургских учреждений. Александру приняли в Рисовальную школу Императорского общества поощрения художеств, где в те годы преподавали Николай Рерих, Иван Билибин, Владимир Щуко.
В 1910 году художница отправилась в путешествие на Русский Север вместе с Рерихом. Они изучали памятники древнерусского зодчества и народное крестьянское искусство. Искусствовед Анна Сурикова в статье «Мифологические и сказочные образы в советском прикладном искусстве (на примере творчества А.В. Щекатихиной-Потоцкой)» писала:
«В значительной степени это была дань моде. В фаворе было все русское: русская фольклорная сказка, русский миф, устное народное творчество и крестьянский быт…»
В 1913 году за успехи в учебе художницу отправили в заграничную командировку. Она посетила Италию, Грецию и Францию. В Париже несколько месяцев занималась в Академии Поля Рансона под руководством Мориса Дени, Феликса Валлоттона и Поля Серюзье.
В годы учебы помогала Николаю Рериху в работе над росписями церкви Святого Духа в имении княгини Марии Тенишевой в Талашкино. Вместе с ним создавала костюмы к балету Игоря Стравинского «Весна священная» для антрепризы Сергея Дягилева.
В 1915 году художница вышла замуж за юриста Николая Потоцкого и взяла двойную фамилию. Вскоре у них родился сын Мстислав.
Мастер агитационного фарфора
В 1910-х годах Щекатихина-Потоцкая оформляла театральные постановки (например, оперу Александра Серова «Рогнеда» для театра Сергея Зимина в Москве), создавала эскизы костюмов и участвовала в выставках объединения «Мир искусства».
В 1918 году художник Сергей Чехонин пригласил художницу на Государственный фарфоровый завод (Императорский, затем Ленинградский фарфоровый завод им. М.В. Ломоносова). От государства завод как раз получил специальный заказ на создание «утилитарно-декоративных предметов с революционными лозунгами».
«Как и в иконах, в ее росписях значение каждого предмета, входящего в изображение, не сводится к его утилитарной функции, а имеет еще какой-то особый, более высокий смысл. Так, например, солнечный диск, включенный в композицию тарелки «Русский и немец. Пролетарии всех стран, соединяйтесь» — это, разумеется, не только и не столько деталь пейзажа сколько образ-знак, который подчеркивает особую роль изображенного действия для «всех стран», его всемирность».
Критик Александр Каменский, книга «Романтический монтаж»
Эмиграция: Египет и Франция
В 1920 году муж Александры Щекатихиной-Потоцкой умер, она осталась одна с маленьким сыном. В это время художница завела переписку со своим учителем Иваном Билибиным, который эмигрировал в Каир. В одном из писем он предложил выйти за него замуж. Билибин писал художнице Людмиле Чириковой: «Шурочка мне будет хорошей женой. Она устала так же, как и я, и не ищет бури. Я ее выпишу в Египет, а весною поедем в Европу, в Париж, через Италию. Я хочу мирного очага. Одиночество — моя погибель. Боже, как я устал».
От советского правительства Щекатихина-Потоцкая получила разрешение выехать за границу для стажировки на Берлинской фарфоровой мануфактуре. Вместо Берлина она поехала в Каир к Ивану Билибину. В 1923–1925 годах супруги путешествовали по Египту, Эфиопии, Сирии и Палестине. В творчестве художницы появились восточные мотивы. В это время она написала «Портрет Билибина в восточном стиле». Мужа Щекатихина-Потоцкая изобразила в образе факира на фоне египетского тканого ковра. А героем рисунка «Голова египетского мальчика» стал подросток, который помогал художнице в ее каирской фарфоровой мастерской. За границей Щекатихина-Потоцкая продолжила расписывать посуду. Она обжигала ее в Египте в небольшой печи у себя дома, а готовые изделия отправляла на ГФЗ по почте.
В 1925 году Александра Щекатихина-Потоцкая участвовала в Международной выставке декоративного искусства в Париже, ее фарфоровые изделия экспонировались в советском отделе. За агитационные работы ей вручили почетную медаль выставки. А вскоре они с мужем переехали во Францию. Там получали хорошие заказы: оформляли постановки, иллюстрировали книги, Щекатихина-Потоцкая создавала росписи для севрской и лиможской фарфоровых мануфактур. Однако художники тосковали по родине.
Возвращение на родину и последние годы
В 1936 году Александра Щекатихина-Потоцкая вместе с Иваном Билибиным и сыном Мстиславом Потоцким вернулась в СССР. Она возобновила работу на Ленинградском фарфоровом заводе им. М.В. Ломоносова.
Во время Великой Отечественной войны и Билибин, и Щекатихина-Потоцкая отказались покидать Ленинград. Муж художницы умер от истощения в 1942 году, а сама она с трудом выжила. Во время блокады Щекатихина-Потоцкая работала над росписями ваз, посвященными русским полководцам и народным героям: «Дмитрий Донской», «Александр Невский», «Минин и Пожарский».
Художница продолжала работать на ЛФЗ до начала 1960-х годов. В послевоенные годы создала сервизы на сюжеты пушкинских сказок «Золотой Петушок», «Царь Гвидон», «Сказка о рыбаке и рыбке». А еще в эти годы она не только расписывала предметы, но и создавала новые формы. Так появились пепельница «Голубь», ликерный набор «Рябинка», графин «Рыбка».
Умерла Александра Щекатихина-Потоцкая 23 октября 1967 года в Ленинграде. Ее похоронили на Большеохтинском кладбище. В 1980 году Мстислав Потоцкий передал в дар государству большую коллекцию работ матери и отчима. Сегодня она хранится в Ивангородском художественном музее.