При раскопках Тетюшского II городища на Вшихе был обнаружен «клад» топоров именьковской археологической культуры VII века нашей эры. В кладе было восемь одинаковых топоров, которые можно назвать топорами «тетюшского типа». Все топоры из клада никогда не использовались по назначению: лезвия этих изделий были незаточенными. Сохранность их идеальная: на поверхности нет следов коррозии и повреждений. Они были спрятаны в конце VII – начале VIII в. Все топоры стандартны по форме, размерам (варьируют в пределах 1 см) и пропорциям (1:5 – 1:6). Они не имеют заточки и следов сработанности. Топоры находились у края обрыва, приблизительно в 1 м от крутого откоса, образуя в плане фигуру, близкую к овалу.
Проух формировался путем изгиба на оправке железной полосы, концы которой сваривались и вытягивались, в результате чего формировалось лезвие. Для придания массивности между свариваемыми концами полосы железа вставлялся железный клин (полоска металла). В целом топоры были изготовлены из железа и мягкой стали и в ряде случаев подвергались термообработке. Топоры тетюшского типа, вероятно, изготовлены путем сгибания одного из концов заготовки на оправке с применением дополнительного клина для увеличения внутреннего диаметра проуха. Это можно проследить на нескольких топорах благодаря отсутствию коррозии на их поверхности.
Что касается самого факта обнаружения этих топоров на Тетюшском II городище, то вполне возможно его интерпретировать как клад, хотя исключать и другие варианты будет некорректно. Клад не связан с хозяйственными или производственными строениями на этом памятнике. Каких-либо следов пожара или разрушений как причины сокрытия топоров здесь не зафиксировано. Учитывая то, что поблизости располагалась площадка для плавки и обработки металлов, можно предположить, что была какая-то иная мотивация для этого действия: производственная или культовая.
Неясно, где были сделаны эти топоры. Очевидно, что это была одна партия изделий, причем не подготовленная по каким-то причинам для использования. Если их не отковали на месте, тогда это была привозная партия товара, предназначенная для реализации или для последующей доводки. Нельзя полностью исключать и ритуальный смысл этого действия.
