«Почему с декабря начинают ветераны ворошить в памяти своё прошлое, вспоминать службу и боевых друзей? Да потому что именно в декабре 1979 года советские войска по настойчивой просьбе Правительства Афганистана вошли в страну. Многие из наших ветеранов-сибиряков были в тех первых рядах вошедших военнослужащих. По поводу той необъявленной войны и необходимости ввода советских войск в Афганистан не буду снова что-то объяснять, мы были людьми военными, нам приказали – мы выполнили приказ!»

«А вот воспоминания о пребывании нашего контингента в Афганистане и моем личном набегают волнами и порой не дают спокойно спать по ночам. Вижу красивые афганские горы и реки, бегущие среди них, поля, засеянные маком и пшеницей, разбитые дороги, на обочинах которых валяются остатки подбитой боевой советской техники. С высоты летящего вертолета наблюдаю за раскинувшимися под крылом кишлаками и за дехканами, пасущими стада овец». 

«Все два года мне, почти каждый день, с утра приходилось по службе выезжать на машине в г. Файзабад (25 км. от аэродрома) и возвращаться до 17.00, чтобы не нарушить наступающий комендантский час. Дорога во многих местах минировалась моджахедами, а иногда, где около дороги имелись заросли камыша, ими устраивались засады на наш проходящий транспорт. Я также выезжал на броне в соседние кишлаки для встречи с информаторами, представителями местной народной власти и даже главарями бандформирований». 

 Из воспоминаний Владимира Алексеевича Шуплецова.

«Не забуду случай, когда, прилетев на блокпост, я узнал, что отделение сидит более трех суток без воды и пищи. Все припасы закончились. Погода была нелетная, а полк не смог вовремя обеспечить. Замена личного состава на блоках проводилась недели через две-три. Но надо было видеть наших бойцов: они были возбуждены, но настроены по - боевому, ночью их обстреляли душманы. Вертолетчики и я отдали им все свои запасы. Их больше заботило наличие боеприпасов, чем пища! Среди них было много сибиряков».

 «Я по прибытию на аэродром Файзабад сразу услышал о легендарном командире 1-й эскадрильи майоре Вячеславе Карибуловиче Гайнутдинове. У пехотинцев 860 полка высоко в горах кончились боеприпасы. Вячеслав со своим экипажем поднялся в горы. Воздух разряженный, ни единой площадки для приземления. Точно рассчитав свои действия, комэск правым боковым и передним колесами коснулся крохотного пятачка на горе, и в таком положении удерживал вертолет до тех пор, пока не закончилась разгрузка».

«К весне 1980 года Гайнутдинов уже «дорос» до должности заместителя командира 181 отдельного вертолетного полка, продолжая совершать боевые вылеты на МИ-8. Но 17 августа 1980 года отважный вертолетчик погиб вместе со своим экипажем при облете новой машины. К этому времени пришел приказ о назначении его командиром вертолетного полка. Приказом Министра Обороны СССР майор В.К. Гайнутдинов навечно зачислен в списки 1-й эскадрильи вертолетного полка».

«И как вывод о той войне в Афганистане следует сказать, что ограниченный контингент советских войск, находящийся в стране по приказу партии и советского Правительства, полностью выполнил поставленные задачи. А партия, имевшая богатый опыт строительства социализма в южных мусульманских республиках СССР и даже в Монголии, не смогла здесь, в отсталой мусульманской стране, установить и утвердить навсегда социалистический строй, потому что страна и афганский народ не были к нему готовы».

Из воспоминаний Владимира Алексеевича Шуплецова.