Мир заветный, мир прекрасный...

Творчество Сабанова принадлежит удивительному миру, который во всех энциклопедиях современного искусства определяется словом наив. В этой традиции вся внутренняя жизнь художника и не только внутренняя, но и сам образ жизни приобретают значения особой реальности. Эта реальность и есть единственное и подлинное пребывание человека в мире, наполненном живым сознанием и любовью. Она открывается чистому сердцу и в той зримой убедительности, что граничит с состоянием полного физического присутствия в образах фольклора и мифа. В этих магических пространствах язык человека, животного и растения обретает единство, мир, пронизывается животворным дыханием и погружается в божественную целостность, где царствуют абсолютный свет и покой. Не пройдя никакой академической выучки, Хаджумар Сабанов попросту не воспринимал мир как объект копирования, сохраняя великое детское чувство восхищения перед ним. Мир всегда оставался непрерывным источником его радости и вдохновения, и Хаджумар Сабанов, движимый инстинктом огромного художника, утверждал свое единство с ним. Какие бы трагические события не проходили в его жизни – потеря близких и болезни – он каждый раз, в каждой композиции открывает поэзию радостной праздничности и красоты.

Холсты художника цветут и звучат, они покрываются цветами и омываются водами, в них мирно шествуют красавицы и юноши, лошади, медведи и олени. Они то шелестят, как травы, то пересвистываются, как птицы, они шумят лесами и журчат ручьями, где плещутся серебристые рыбы, готовые исполнить все наши желания. И, в конце концов, они ложатся в нашей памяти величественным строем, подобным Млечному пути. Их пространства втягивают нас, вовлекают в свои границы и одновременно опрокидываются в нашей реальности, уподобляясь пространствам средневековой иконы или «благодарственной картины», написанной в честь святого. Художник спокойно перемещается в безграничности своей композиции, обживая свой магический мир, населяя его, как творец, животными и растениями, даруя сознание любой сущности, дотрагиваясь до нее своей кисточкой, как волшебной палочкой.

Хаджумар Сабанов сегодня становится символом становления нового мироощущения, которое незаметно и непостижимо свершается в людях и которые предсказывали Малевич и Кандинский. Христианская философия художника, параллельно с осетинским эпосом, возрождает вселенскую масштабность естественной непосредственности бытия и раскрывает фундаментальные принципы художественного мышления. Творчество Хаджумара Сабанова, несомненно, не только содержит в себе культурную память человечества о единстве всего живого на земле, оно все устремлено в будущее, подчиняясь законам любви, красоты и бессмертия.