В 1955 году «Молния» ЭВ-1 стала первой в СССР электронной фотовспышкой. До этого фотографы освещали снимаемую сцену взрывоопасной магниевой смесью или одноразовыми фотобаллонами.
Первые устройства нового типа были созданы еще до войны американцем Гарольдом Эджертоном для съемки быстропротекающих процессов. Серийная вспышка Strobotac, выпущенная в 1935 году, стала настоящим прорывом. Она была совершенно безопасна и, кроме того, не расходовала сменных фотобаллонов. Однако один серьезный недостаток у электронной вспышки все же был: ксенон в газоразрядной трубке начинал проводить ток и зажигался при напряжении не ниже 100 Вольт. Это исключало возможность автономной работы от компактной батарейки, требуя высоковольтного сетевого питания.
Проблема была решена лишь в 1958 году немцем Паулем Метцем, который применил компактный транзисторный преобразователь напряжения. В СССР эта технология пришла гораздо позднее из-за низкого качества отечественных полупроводниковых приборов, и поэтому сетевой шнур, тянущийся за каждым фотографом со вспышкой, до середины девяностых был в нашей стране привычным явлением.
«ЭВ-1» тоже была рассчитана на сетевое питание, но, кроме того, могла подключаться к специальной батарее с напряжением 300 Вольт. Такие батареи с торговым названием «Молния» и шифром 330-ЭВМЦГ-1000 можно было увидеть в магазинах, но только в крупных городах и в день поступления товара. Основная их масса поставлялась на предприятия. В те годы каждый уважающий себя завод или серьезная организация имели свою фотолабораторию. Фотолюбителям такие батареи были недоступны, тем более что 300 Вольт — это не шутка.
Современному фотографу, привыкшему к компактным фотовспышкам на пальчиковых батарейках, питающих высоковольтные цепи через преобразователь в микросхеме, трудно представить, что когда-то приходилось носить двухкилограммовый кирпич. А самым непривычным сегодня может показаться то, что вспышка эта, как и большинство ее аналогов, не была автоматической, ведь интенсивность импульсного света ксеноновой лампы не поддается регулировке, и экспозицию при съемке можно было регулировать только диафрагмой. Поэтому ЭВ-1 могла срабатывать только на полную мощность.
