Этюд Александра Алексеевича Борисова «Самоедское кладбище на Большом Носу» интересен не только с художественной, но и с этнографической точки зрения. Он изображает пустынный уголок острова Вайгач, хранящий многочисленные памятники местной материальной культуры.

На пологом холме одиноко стоят два гроба необычной формы. Это крепко сколоченные лиственничные ящики с поперечными перекладинами. Около них валяются перевернутые нарты, топор и черепа тех оленей, на которых ездил покойный.

Александр Борисов писал: «Гробы стояли непосредственно на поверхности земли, около них валялись нарты, ломаный хорей, топор и черепа с рогами тех оленей, на которых ездил покойный. Тут же валялись недавно обгоревшие дрова: вероятнее, здесь справлялась тризна по умершим родными или близкими и знакомыми. Мною овладело чувство любопытства, и мне захотелось заглянуть в могилу. Я сколотил поперечные перекладины и открыл крышку. На дне этого крепкого лиственничного ящика, очевидно сделанного из плавучего леса, лежал покойник, завернутый с головой в рогожу; на теле малица, на ногах пимы. У головы стояли: деревянная чашка, с чем-то черным внутри, по всей вероятности с разложившейся кровью и мясом, и железный ржавый без ручки ковшик, около пояса лежали топор и ножик, очевидно, они были вложены покойному в руки; с правой стороны около груди лежал небольшой идол. Это всё предметы, так нужные самоеду в его загробной жизни. Другой гроб ребенка, труп которого с головой зашит в какую-то полотняную тряпку. Здесь никаких атрибутов нет. Оба покойника головами положены на север — значит, лицом к благодатному солнцу».

В этнографических работах по ненецкой культуре можно прочитать, что сани, на которых везли покойника, оставляли на кладбище и всегда переворачивали вверх полозьями, считая, что в загробном мире всё наоборот. Иногда сани не просто переворачивали, но у них ломали правый полоз. Головки полозьев обращали на север. «Правое» соотносилось у ненецкого народа с женским началом, с севером, с родовой территорией, с предками. Поэтому поломка именно правого полоза погребальных саней и ориентация их на север являлись знаком царства мертвых, построенного на законах инверсии. Человек умирает дважды, по представлениям ненцев. Впервые — на земле. В загробном мире умершие живут столько же, сколько жили на земле (или семь лет, как считают другие), а потом умирают, превратившись в паука.