Картина «Родное дите на периферию?!» была представлена на Всесоюзной выставке в 1954 году. После Великой Отечественной войны в отечественном искусстве робко наметились тенденции критического реализма, которые, к сожалению, не получили развития. Одним из заметных произведений этого жанра стала работа Ахмета Китаева, которую современная критика разгромила за бытоописание мещанского уклада жизни.
Суть сценки, изображенной на картине, в следующем. В Советское время выпускников ВУЗов отправляли по распределению в отдаленные деревни или на Север, где они должны были отработать 3 года. Постепенно у молодежи сформировалось стойкое нежелание уезжать из больших городов. Родители, которые имели такую возможность, старались всячески «пристроить» своих детей на хорошую работу. На картине «Родное дите на периферию?!» виден финал этой истории: отец семейства не смог устроить свою дочь.
Советский искусствовед Каменский написал рецензию, опубликованную в журнале «Искусство» (N 12, 1955 г.). Желание художника обратиться к этой теме было ему понятно. Нужно порицать молодых людей, которые ищут легких путей. Но критику не понравилась сама подача. По его словам, Китаев смакует «детали тщательно выписанного (мещанского) интерьера» и «кухонно-скандальную сцену».
А ведь на первом плане картины — фигура почти карикатурная. Властная мать семейства замахивается высоко поднятым половником на нерадивого мужа. Каменский назвал ее «донельзя вульгарной бабой». Она кричит на своего супруга, который обреченно обхватил голову руками. Это одна часть композиции, которой противопоставлена другая, в правом углу. Там художник изобразил сердобольную бабушку, которая держит внучку за руку. А сама виновница конфликта напоминает актрису, которая театрально опустилась в кресло и изображает страдания от полученной новости о распределении.
Ахмет Китаев очень умело передает натуру и темперамент своих персонажей не только через характерные позы, но и через цвета. Красный халат дородной матери семейства — символ агрессии. Белая рубаха мужа демонстрирует его покорность и безысходность. Цветастое фиолетовое платье бабушки ассоциируется с добротой и спокойствием, чего так не хватает этой семье. На девушке — небрежно распахнутый зеленый плащ, а в руках она держит модную сумочку. Своего рода образ «золотой молодежи» того времени. Такое смешение цветов еще больше усиливает карикатурность всего происходящего.
Сам интерьер выглядит мещанским, и в этом сложно не согласиться с Каменским. Но сама ироничная подача художника была оценена только спустя 40 лет. В 1996 году появилась статья Титова о юморе в искусстве. В ней говорилось о том, что эта картина — «живописно-сценический фарс о повседневных бытовых неурядицах». И воспринимать ее нужно именно так, не перегружая излишней моралью и назидательностью.
Суть сценки, изображенной на картине, в следующем. В Советское время выпускников ВУЗов отправляли по распределению в отдаленные деревни или на Север, где они должны были отработать 3 года. Постепенно у молодежи сформировалось стойкое нежелание уезжать из больших городов. Родители, которые имели такую возможность, старались всячески «пристроить» своих детей на хорошую работу. На картине «Родное дите на периферию?!» виден финал этой истории: отец семейства не смог устроить свою дочь.
Советский искусствовед Каменский написал рецензию, опубликованную в журнале «Искусство» (N 12, 1955 г.). Желание художника обратиться к этой теме было ему понятно. Нужно порицать молодых людей, которые ищут легких путей. Но критику не понравилась сама подача. По его словам, Китаев смакует «детали тщательно выписанного (мещанского) интерьера» и «кухонно-скандальную сцену».
В этом Каменский узрел не разоблачение, а описательность. И не оценил гротеск и явную иронию в изображении главных героев.
А ведь на первом плане картины — фигура почти карикатурная. Властная мать семейства замахивается высоко поднятым половником на нерадивого мужа. Каменский назвал ее «донельзя вульгарной бабой». Она кричит на своего супруга, который обреченно обхватил голову руками. Это одна часть композиции, которой противопоставлена другая, в правом углу. Там художник изобразил сердобольную бабушку, которая держит внучку за руку. А сама виновница конфликта напоминает актрису, которая театрально опустилась в кресло и изображает страдания от полученной новости о распределении.
Ахмет Китаев очень умело передает натуру и темперамент своих персонажей не только через характерные позы, но и через цвета. Красный халат дородной матери семейства — символ агрессии. Белая рубаха мужа демонстрирует его покорность и безысходность. Цветастое фиолетовое платье бабушки ассоциируется с добротой и спокойствием, чего так не хватает этой семье. На девушке — небрежно распахнутый зеленый плащ, а в руках она держит модную сумочку. Своего рода образ «золотой молодежи» того времени. Такое смешение цветов еще больше усиливает карикатурность всего происходящего.
Сам интерьер выглядит мещанским, и в этом сложно не согласиться с Каменским. Но сама ироничная подача художника была оценена только спустя 40 лет. В 1996 году появилась статья Титова о юморе в искусстве. В ней говорилось о том, что эта картина — «живописно-сценический фарс о повседневных бытовых неурядицах». И воспринимать ее нужно именно так, не перегружая излишней моралью и назидательностью.
