Василий Поленов написал «Палестинский пейзаж» в 1880-е годы. Исследователи предполагают, что он изобразил Мертвое море — соленое озеро на Ближнем Востоке на территории исторической области Палестины. 

Художник выбрал для этюда вытянутый по горизонтали формат полотна. Поэтому на маленьком холсте свободно поместилась и горная цепь, и широкие воды. Масштабность пейзажа подчеркивает еле видный парусник в правой части холста. В сравнении с горными пиками и длинной полосой воды он выглядит совсем крошечным. Мастер нередко использовал вытянутую композицию, чтобы придать пейзажу эпичность и особую протяженность. Подобный формат он брал для масштабных картин «Ранний снег» и «Курган», а также для речных видов на Оку и Волгу. 

В этюде «Палестинский пейзаж» художник тонко проработал воздушную перспективу — он изобразил очертания гор вдалеке размытыми, используя голубоватые оттенки. Резкие пики потеряли четкость, мастер написал их мягко и обобщенно. При этом передний план с бирюзовыми волнами изображен с четкими контрастами. 

Василий Поленов жил с 1844 по 1927 годы. Он был одним из первых русских живописцев, кто сосредоточился в своем творчестве на пленэрной живописи. Пленэр происходит от французского «en plein air» и означает «на открытом воздухе». В таких работах художники стараются уловить эффекты воздушной перспективы, передать движение воздуха и дрожание света в нем. К примеру, при свете дня дальние объекты всегда становятся голубоватыми и размытыми из-за плотности воздушных масс; в рассветной дымке любые предметы, как правило, слегка светятся золотистым светом. 

На открытом воздухе художники обычно создают не картины, а этюды — быстрые подготовительные работы. Их пишут за один сеанс, пока солнце не поменяло положение. Чтобы успеть ухватить световые эффекты, пленэрные этюды набрасывают крупными размашистыми мазками. Мастера показывают легкими цветовыми пятнами, как воздух и свет в данный момент влияют на деревья, горы, реки или архитектуру. В своих больших картинах Василий Поленов соединил свежесть пленэрного восприятия и характерное для русского искусства ощущение созерцательного покоя.

Хотя в наследии мастера много исторических полотен и крупный цикл о земной жизни Христа, искусствоведы часто определяют его как одного из основателей школы национального русского пейзажа. Также он был талантливым педагогом — у него учились Константин Коровин и Исаак Левитан.