Экспрессивный ритм композиции задается не только мощными фигурами танцующих, обладающих почти космичностью, но и стремительно убегающей диагональю плинтуса пола.

Пространство мастерской, как и находящиеся в нем предметы, вступают в тесное взаимодействие друг с другом. Танцующие фигуры на панно воспринимаются подчас как живые, а стоящий натюрморт с настурциями — изображенным на стене.