Максим Горький уехал из России в начале XX века на волне грядущей революции и вернулся окончательно только 18 лет спустя в статусе всемирно известного писателя. Иосиф Сталин распорядился предоставить Горькому для проживания в Советском Союзе бывшую усадьбу фабриканта Ивана Морозова в Горках, под Москвой. Новый дом в неоклассическом стиле стал летней резиденцией Максима Горького, местом, где он много работал и принимал гостей, в числе которых были писатели Бернард Шоу, Герберт Уэллс и Ромен Роллан.

В рабочем кабинете Горького находился его письменный стол. Всюду, где жил писатель, его рабочие столы были простыми, равными по форме и сделанными под заказ. Их высота и площадь были больше стандартных из-за роста Горького в 193 сантиметра. Кроме того, после пулевого ранения в юности у писателя были проблемы с легкими и дыханием, поэтому наклоняться вперед во время работы ему было трудно.

На столе Горького все предметы были аккуратно расставлены по своим местам: стеклянная чернильница, деревянная ручка с металлическим пером, цветные, хорошо заточенные карандаши. В центре стола — листы бумаги, обычно имевшие большие поля для редактуры. Порядок на рабочем месте отражал глубокую внутреннюю собранность писателя и его рациональный склад ума.

Очками Горький пользовался только во время работы — чтения или письма. Он много курил, но в последние годы, когда его мучил сильный кашель из-за туберкулеза, — только специальные облегченные сигареты. Он вставлял их в мундштук, чтобы не обжигать пальцы. Одна из коробок для сигарет представлена рядом с аптечкой, свидетельницей многих переездов Горького.

На столе есть несколько памятных личных вещей писателя: металлический башмак-сувенир, символ юношеских странствий Горького по Крыму, Кавказу и Украине; кусочки цветного чешского стекла — подарок рабочих, знак дружбы писателя с пролетариатом. Здесь же первое издание книги «День Мира» от 27 сентября 1935 года, идею которой Горький предложил на Первом Всесоюзном съезде советских писателей. Он хотел коллективными усилиями создать портрет планеты, испытав всеобщую наблюдательность. Книги всегда доставляли Горькому радость, отдых и пищу для размышлений. Они были для него «дорогой привычкой» и большим удовольствием.