Екатерина Павловна Пешкова, в девичестве Волжина, — первая и единственная официальная жена Максима Горького, мать его детей Максима и Кати. Екатерина родилась в дворянской семье, окончила гимназию и поступила работать корректором в «Самарскую газету». В редакции она познакомилась с начинающим писателем Максимом Горьким, чьи настоящие имя и фамилия — Алексей Пешков. К тому времени он уже опубликовал более 500 статей и фельетонов, включая очерк «Бабушка Акулина» — первый этюд к будущей повести «Детство».
Екатерина была на восемь лет младше Горького и относилась к нему с большим уважением и преданностью, которые сохранила на всю жизнь. Уже через год после знакомства они обвенчались, а еще спустя год родился их первенец Максим. Семейная жизнь Пешковых продлилась недолго, их дочь Катя умерла в возрасте пяти лет, когда Горький уже был в других отношениях. Сын Максим скончался на два года раньше отца. Екатерина Пешкова нашла утешение в служении людям: в годы Первой мировой войны она работала в Красном Кресте, а после революции возглавила организацию помощи политзаключенным.
Екатерина пережила мужа почти на 30 лет, работала консультантом его архива при Институте мировой литературы РАН. В начале Великой Отечественной войны Екатерина Пешкова передала на хранение Казанскому музею Горького часть семейного архива. Екатерина Павловна присутствовала и выступала на научных горьковских конференциях в Казани, состояла в переписке с директором музея. Платье было передано в музей лично Екатериной Пешковой в 1960-х годах.
Платье сшито из кисеи — полупрозрачной легкой хлопчатобумажной ткани. С середины XIX века ткань вошла в моду среди молодых дворянок, которые поддерживали романтический и загадочный образ. Кисейные платья и блузы обычно были нежных кремовых цветов, украшались оборками, воланами, рюшами и вышивкой. Невесомая ткань стала в русской литературе метафорой ранимой и не приспособленной к жизни особы. В 1865 году критик Дмитрий Писарев опубликовал в журнале «Русское слово» статью «Роман кисейной девушки», в которой замечает:
Екатерина была на восемь лет младше Горького и относилась к нему с большим уважением и преданностью, которые сохранила на всю жизнь. Уже через год после знакомства они обвенчались, а еще спустя год родился их первенец Максим. Семейная жизнь Пешковых продлилась недолго, их дочь Катя умерла в возрасте пяти лет, когда Горький уже был в других отношениях. Сын Максим скончался на два года раньше отца. Екатерина Пешкова нашла утешение в служении людям: в годы Первой мировой войны она работала в Красном Кресте, а после революции возглавила организацию помощи политзаключенным.
Екатерина пережила мужа почти на 30 лет, работала консультантом его архива при Институте мировой литературы РАН. В начале Великой Отечественной войны Екатерина Пешкова передала на хранение Казанскому музею Горького часть семейного архива. Екатерина Павловна присутствовала и выступала на научных горьковских конференциях в Казани, состояла в переписке с директором музея. Платье было передано в музей лично Екатериной Пешковой в 1960-х годах.
Платье сшито из кисеи — полупрозрачной легкой хлопчатобумажной ткани. С середины XIX века ткань вошла в моду среди молодых дворянок, которые поддерживали романтический и загадочный образ. Кисейные платья и блузы обычно были нежных кремовых цветов, украшались оборками, воланами, рюшами и вышивкой. Невесомая ткань стала в русской литературе метафорой ранимой и не приспособленной к жизни особы. В 1865 году критик Дмитрий Писарев опубликовал в журнале «Русское слово» статью «Роман кисейной девушки», в которой замечает:
