В 1950 году Николай Васильевич Ильин выполнил иллюстрацию к стихотворению Михаила Юрьевича Лермонтова «Еврейская мелодия». На фоне темного глубокого неба в звездах, выполненного сплошной заливкой тушью, выделяются белые силуэты античных колонн, двух деревьев с пышной кроной и серп луны.

Нижний край изображения обозначен условно неровной прерывистой чертой. На заднем плане белым силуэтом обобщенно очерчена гряда гор. В правом нижнем углу проставлена монограмма автора. Лиризм в рисунке, его смысловая основа усилены художником с помощью игры контрастов черного и белого цветов. Этот прием был положен в основу композиции.

Рисунок и по смыслу, и по настроению созвучен двум стихотворениям Михаила Лермонтова: «Еврейская мелодия» и «В альбом» («Как одинокая гробница»). Оба они являются переводами Джорджа Гордона Байрона, которые русский поэт выполнил в 1836 году.

Неслучайно художник в процессе оформления книги «М.Ю. Лермонтов. Лирика», которая была издана в 1958 году, поместил рисунок на отдельной странице между этими стихотворениями. Художник уловил этот смысл и настроение обоих произведений. Он поместил иллюстрацию почти в центре книжной страницы, на ее большом, свободном белом пространстве. В произведении «В альбом» были представлены размышления поэта о трагической разобщенности людей и своем одиночестве. О стихотворении «Еврейская мелодия» Виссарион Григорьевич Белинский говорил, что это «боль сердца, тяжкие вздохи груди, это надгробные памятники погибших радостей».

Николай Ильин не ограничил рисунок рамкой, с помощью резкого цветового контраста он усилил ощущение глубины черного, бездонного неба, которым заполнена большая часть листа.

Изысканные формы белого надгробья рифмуются с белизной книжной страницы. Оно кажется воплощением одинокого в пустынном мире. Рисунок органически сливается с сутью стихотворения, наводит на размышления о памяти, покое.

Местонахождение гравюры, по которой была воспроизведена иллюстрация в книге, неизвестно. Оригинальный рисунок был приобретен у сына художника в 1978 году.