Он до конца жизни продолжал искать очищенную пластической формулу человеческого тела, или, выражаясь словами самого художника, «супрематизм в контуре человеческой фигуры». Эти поиски реализовались в цикле женских торсов и портретов рубежа 1920–1930-х годов.

Один из образов этого цикла — перед нами. Фигура девушки разделена по вертикали и горизонтали на несколько сегментов. Задачей художника стала гармонизация этих контрастных частей, ему в полной мере удалось создать идеальную постсупрематическую героиню, образ которой строится на контрасте и балансе неслиянных и нераздельных половин единого целого.

Однако к тому времени, как была исполнена эта акварель, в биографии Казимира Малевича уже числилось несколько персональных выставок в СССР и Европе, два ареста и несколько проведенных в тюрьме месяцев, руководство Государственным институтом художественной культуры и упразднение этого института, множество напечатанных и запрещенных к печати работ по теории искусства. 

После второго ареста и освобождения в конце 1927 года Малевич — теоретик беспредметной живописи с мировой известностью — вернулся к фигуративному искусству, которое он назвал «супранатурализм». При этом художник предпочел мистифицировать современников, датируя многие новые работы дореволюционным периодом. Казимир Малевич упоенно писал пейзажные этюды, начал создавать портреты с реалистической проработкой лиц.

Исследователи выделяют два «крестьянских» периода Малевича: досупрематический и постсупрематический. В первой серии крестьяне представлены в возвышенном ключе. Вероятно, вспоминая детские впечатления, Малевич восторгается их силой и трудолюбием. Второй цикл исполнен драматизма. Теперь его крестьяне — трагичные безликие фигуры, «полуобразы», как их называл сам художник.