Этюд к портрету актрисы Марии Константиновны Заньковецкой — яркий пример неустанных поисков Михаилом Нестеровым новых путей в искусстве. Художник работал над ним в 1887 году под впечатлением от спектакля по драме Ивана Карпенко-Карого «Наймичка», в котором Заньковецкая сыграла главную роль. Сюжет был посвящен болезненной для того времени теме соблазнения бедной девушки ее господином, а игра актрисы настолько потрясала зрителей глубиной переживаний, что сам художник называл ее гениальной.
Мария Адасовская родилась в 1854 году в селе Заньки Черниговской губернии. Решив в 28 лет посвятить себя сцене, она выбрала для себя псевдоним Заньковецкая, под которым и стала известна широкой публике. Чтобы заниматься любимым делом, ей пришлось разорвать отношения с семьей и с близким окружением. Актрисе удавались как комедийные, так и трагические роли, и ее выступления неизменно пользовались успехом. Поклонниками ее таланта были Лев Толстой, Антон Чехов и Иван Бунин.
Под обаяние актрисы попал и Михаил Нестеров. В книге «Давние дни» художник делится впечатлениями от игры Заньковецкой в спектакле «Наймичка»: «Появление ее на сцене, ее образ, дикция, идущий прямо в душу голос, усталые, грустные очи… все, все пленяло нас, и мы, „галерка“, да и весь театр, переживали несложную, но такую трогательную драму несчастной девушки. Украинский говор, такой музыкальный, подлинные костюмы, наивные декорации, эти хатки с „вишневыми садочками“ — все нас умиляло».
Эмоции были настолько сильными, что Нестеров решил написать портрет актрисы непременно в костюме ее героини. Художник не особенно надеялся на быстрое согласие и был готов долго уговаривать Марию Константиновну, но, к его удивлению, она абсолютно не возражала. Общение с Заньковецкой произвело на Нестерова такое глубокое впечатление, что всю историю создания работы над картиной он описал в книге своих воспоминаний.
Художник писал этюд «в полнатуры», планируя потом увеличить изображение. Женщина на картине уже не так молода. На лице видны следы усталости, вокруг печальных и измученных глаз залегли темные круги, а губы скорбно поджаты. Но в то же время во внешности актрисы есть неизъяснимая прелесть, которая заставляет зрителя любоваться этим тонким и нервным лицом. Художник был доволен портретом, похвалил работу и зашедший в гости Василий Дмитриевич Поленов.
Но несколько лет спустя, будучи в плохом расположении духа, Нестеров разрезал на куски ряд своих полотен. Под горячую руку попал и портрет Марии Заньковецкой. Сохранился только этюд, который живописец позднее преподнес в дар музею в Уфе. Эта работа — свидетельство наметившегося к середине 1880-х годов переосмысления главного для художника вопроса, трактовки образа: отныне Нестерова будет интересовать внутренний, духовный мир человека, а не внешние его характеристики.
Мария Адасовская родилась в 1854 году в селе Заньки Черниговской губернии. Решив в 28 лет посвятить себя сцене, она выбрала для себя псевдоним Заньковецкая, под которым и стала известна широкой публике. Чтобы заниматься любимым делом, ей пришлось разорвать отношения с семьей и с близким окружением. Актрисе удавались как комедийные, так и трагические роли, и ее выступления неизменно пользовались успехом. Поклонниками ее таланта были Лев Толстой, Антон Чехов и Иван Бунин.
Под обаяние актрисы попал и Михаил Нестеров. В книге «Давние дни» художник делится впечатлениями от игры Заньковецкой в спектакле «Наймичка»: «Появление ее на сцене, ее образ, дикция, идущий прямо в душу голос, усталые, грустные очи… все, все пленяло нас, и мы, „галерка“, да и весь театр, переживали несложную, но такую трогательную драму несчастной девушки. Украинский говор, такой музыкальный, подлинные костюмы, наивные декорации, эти хатки с „вишневыми садочками“ — все нас умиляло».
Эмоции были настолько сильными, что Нестеров решил написать портрет актрисы непременно в костюме ее героини. Художник не особенно надеялся на быстрое согласие и был готов долго уговаривать Марию Константиновну, но, к его удивлению, она абсолютно не возражала. Общение с Заньковецкой произвело на Нестерова такое глубокое впечатление, что всю историю создания работы над картиной он описал в книге своих воспоминаний.
Художник писал этюд «в полнатуры», планируя потом увеличить изображение. Женщина на картине уже не так молода. На лице видны следы усталости, вокруг печальных и измученных глаз залегли темные круги, а губы скорбно поджаты. Но в то же время во внешности актрисы есть неизъяснимая прелесть, которая заставляет зрителя любоваться этим тонким и нервным лицом. Художник был доволен портретом, похвалил работу и зашедший в гости Василий Дмитриевич Поленов.
Но несколько лет спустя, будучи в плохом расположении духа, Нестеров разрезал на куски ряд своих полотен. Под горячую руку попал и портрет Марии Заньковецкой. Сохранился только этюд, который живописец позднее преподнес в дар музею в Уфе. Эта работа — свидетельство наметившегося к середине 1880-х годов переосмысления главного для художника вопроса, трактовки образа: отныне Нестерова будет интересовать внутренний, духовный мир человека, а не внешние его характеристики.
