Летом 1845 года художник сопровождал в Константинополь великого князя Константина Николаевича в составе географической экспедиции адмирала Федора Петровича Литке. Великий князь изъявил желание взять с собой именно Айвазовского, на что дано было высочайшее согласие императора Николая I. Константинополь чрезвычайно впечатлил художника, писавшего: «Вероятно, нет в мире ничего величественней этого города, там забывается и Неаполь, и Венеция». Из вояжа Айвазовский привез множество этюдов и эскизов. 16 марта 1846 года он сообщал графу Зубову: «Теперь начинаю писать в большом же размере Константинополь». Художник исполнил две большие картины с видами восточной столицы.

В принадлежащем Русскому музею полотне «Вид Константинополя при лунном освещении» Айвазовский варьирует определенную композиционную схему. На первом плане изображена водная гладь бухты Золотой Рог, горизонтальную монотонность которой нарушают вертикали восточных построек с высокими и стройными минаретами и мачт парусных кораблей. Главный объект изображения — древний город. Символизируя у романтиков недосягаемую мечту, он предстает вдали, красиво прочитываясь своим выразительным силуэтом на фоне ночного неба с движущимися облаками. Романтическое настроение придает виду Константинополя и золотое сияние полной луны, заливающее пространство и скользящее по водной ряби. Пастозно написанная лунная дорожка на поверхности волн, переливаясь, создает иллюзию движения, вызывая трепетное состояние души. Обращаясь к изображению ночного пейзажа, художник решал одну из труднейших колористических задач, поскольку ночь поглощает цвета предметов и переводит их в едва заметные тональные отношения.