Можно предположить, что слова «художник» и «путешественник» чем-то схожи и могут в определенном контексте даже считаться синонимами. Чтобы ступить за порог и отправиться в путь, от путешественника требуется мужество, а от художника — талант и умение всё увиденное, услышанное и испытанное запечатлеть на полотне. А если эти две ипостаси — путешественника и художника — соединяются в одном творческом человеке, то его имя непременно вписывается в историю, как это случилось с русским живописцем Александром Алексеевичем Борисовым. Он путешествовал не один: в арктических экспедициях художника сопровождали ненцы, или самоеды. Поэтому он хорошо изучил их обычаи и характер.

В дневниках Александра Борисова можно прочесть такие строки: «Вообще самоеды очень добродушны и гостеприимны. Если попадает к ним даже человек незнакомый, он рад ему бесконечно и старается угодить самым дорогим, что есть у него. Вытаскивает масло, которое он любит и сам, хлеб, а иногда и баранки. А чтобы согреть чайник, он колет сани свои на дрова, если это встречается в тундре, где нет никакого дерева».

Ненец Устин был проводником в новоземельском путешествии Александра Борисова. Художник вспоминал: «Постоянный кормилец собак, а в трудные минуты и всех членов экспедиции. Прекрасный стрелок. В молодости был на острове Колгуев шаманом и бил в барабан, а потом, как он говорит, всех дьяволов передал своей дочери, „а то уж очень мучат они, всё просят работы и заставляют бить в барабан“. Во время экспедиции страшно скучал и думал об острове Колгуеве, как об обетованной земле… Во время ужасной драмы, когда осенью 1900 года носило нас на плавучих льдах Карского моря, он убивал тюленей, мясом и кровью которых питались мы. Момент — снаружи палатки невыносимый снежный буран. Наружу выйти нельзя. Что тогда делать? Читать? Но 2–3 книги, привезенные с собой на собаках, перечитаны 20 раз. Разговаривать с товарищами? Но всё уже переговорено тысячу раз. В такие минуты обыкновенно брал кисть и писал что-нибудь в палатке».