Иван Яковлевич Билибин известен не только как замечательный иллюстратор пушкинских сказок, но и как театральный художник. В собрании нашего музея хранятся два эскиза декораций к постановке оперы Н. А. Римского-Корсакова «Золотой петушок» по мотивам «Сказки о золотом петушке». Это эскиз декорации к первому действию «Палаты Дадона» и эскиз декорации ко второму действию — «Шатер Шемаханской царицы». На первой работе кроме обычной для художника надписи «И. Билибин» с указанием года — 1909, присутствует и такая фраза: «видел С. Зимин». Это означает, что эскиз одобрил руководитель Оперного театра Сергей Зимин.

Режиссером спектакля был Петр Оленин, художником — Иван Билибин, главные партии исполнили Аврелия Добровольская (Шемаханская царица), Николай Сперанский (Додон), Владимир Пикок (Звездочет), Вера Клопотовская (Золотой петушок).

Работа Ивана Билибина положила начало целой серии блистательных сценографических работ русских художников на мотивы этой сказки Пушкина. В следующем, 1909 году опера «Золотой петушок» уже шла в Большом театре в декорациях Константина Коровина. А в 1914 году в Лондоне, а затем в Париже состоялись премьеры оперы-балета «Золотой петушок» в хореографии Михаила Фокина и декорациях Натальи Гончаровой (внучатой племянницы Н.Н. Гончаровой, в замужестве Пушкиной).

Иллюстрации Ивана Яковлевича Билибина сложно спутать с произведениями других художников. Он разработал систему графических приемов, позволивших говорить не только об иллюстрациях к тексту, но и в целом об искусстве оформления книги. Первой из «сказочных» работ художника стала «Сказка о царе Салтане» А.С. Пушкина. Художник приступил к иллюстрированию этого произведения в 1904 году после возвращения из творческой экспедиции по деревням Вологодской, Олонецкой и Архангельской губерний. В поездку его командировал этнографический отдел Музея Александра III (сегодня Государственный Русский музей) для изучения местной архитектуры. На его иллюстрации этого времени оказало влияние знание деревянной архитектуры и деталей старинных русских костюмов и утвари. Однако Билибину удалось создать свой стиль (полюбившийся и публике, и самому художнику), парадоксальным образом соединив стилизацию мотивов народного творчества Русского Севера с изобразительными идеями японского художника XVIII — начала XIX века Кацусики Хокусая (особенно бросается в глаза сходство гравюры этого мастера «Большая волна в Канагаве» и билибинской иллюстрации с плывущей по морю бочкой).

«Сказка ложь, да в ней намек…» К первой своей сказке Билибин вернулся ровно через «тридцать лет и три года» — в 1937 году.