Эта картина — копия с оригинала работы художника Николая Ге. Жена Льва Толстого, Софья Андреевна, изображена с двухлетней дочерью Сашей. Александра Толстая — младшая дочь в семье, она родилась в 1884 году. В 16 лет стала главной помощницей и секретарем отца, записывала под его диктовку, а позднее написала свои воспоминания о нем и несколько художественных произведений.

В годы Первой мировой войны Саша Толстая добровольно ушла на фронт сестрой милосердия, стала начальницей военно-медицинского отряда, была награждена Георгиевской медалью. После революции 1917 года она выступала против большевистского режима, была арестована и частично отбыла срок в лагере.

Младшая дочь Толстого основала музей отца в Ясной Поляне, много сделала для благоустройства усадьбы: открыла школу, больницу, аптеку. В 45 лет Александра Львовна покинула Советский Союз, читала лекции об отце в Японии и США, основала Толстовский фонд для помощи русским эмигрантам. Александра Толстая отказалась от титула графини и приняла американское гражданство — в СССР ее убрали из всех кинохроник, фотоснимков, мемуаров и экскурсионных программ.

Автор оригинального парного портрета матери и дочери Толстых — художник-передвижник, автор экспрессивных, драматических полотен на религиозные и исторические темы Николай Николаевич Ге. В 1882 году Ге прочел статью Толстого «О переписи в Москве», написанную по впечатлениям только что прошедшей переписи населения, участником которой он был. С этого момента начался период творческого и личностного взаимовлияния писателя и художника: оба чувствовали острую необходимость в общении друг с другом, в поддержке идей и взглядов. Выдержки из писем Толстого и Ге красноречиво это доказывают:

Ге — Толстому: «Вот уже месяц, как Вас не вижу, но ни одного дня не проходит, не думая с Вами». «Вы идете твердо, хорошо, — и я за Вами поплетусь, хотя бы и расквасить мне нос». «Я все время с Вами; я живу одною мыслью с Вами…» Толстой — Ге: «Я стосковался по вас. Брюхом хочется общения с вашей душой».

Внезапная смерть Ге потрясла Толстого: «Редкая смерть так поражала меня». Лев Николаевич обратился к Павлу Третьякову с письмом, где говорил о Ге как об «одном из самых великих художников <…> всего мира»: «Пишу вам это мое мнение затем, чтобы посоветовать приобрести все, что осталось от Ге, так чтобы ваша, т. е. национальная русская, галерея, не лишилась произведений самого своего лучшего живописца с тех пор, как существует русская живопись».