В XVIII–XIX веках умение рукодельничать считалось одним из достоинств как крестьянок, так и дам высшего света. И если крестьянки работали чаще дома, то среди дворянок было распространено явление, когда с рукоделием можно было приехать даже на званый вечер. Вспомним Анну Павловну Шерер, с которой Л.Н. Толстой знакомит нас на первых страницах романа «Война и мир» и молодую княгиню Болконскую, которая на вечер приехала «с работой в шитом золотом и бархатом мешке».
Столик рукодельный, четырехугольный, выполнен под темный орех с откидной крышкой на двух петлях. Темно—коричневый. Четыре двояковыгнутые ножки крепятся непосредственно к царге. Внутри коробка стола разделена на восемь отделов. Углы столешника срезаны. Края царги на 5 мм выступают над столом. Принадлежал Белынским. Хранился у жительницы города Чембара Шестериковой Т.И., отец которой служил вместе с Константином Григорьевичем Белынским (братом критика) в чембарской городской ратуше. Передан в дар музею 1 февраля 1937 года.
В те времена столик для рукоделия был одним из самых изысканных предметов обстановки дворянского дома. Этот предмет мебели был важен и для уездных барышень и барынь. Конечно, в домах жен уездных штаб—лекарей, столики были намного проще, но их необычность, а главное — функциональность — сохранялись. В одной конструкции могли быть соединены шкатулка и подставка, которую можно было использовать для чтения книг и нот, рисования и письма. Столики обычно делались раскладными, многие из них имели одну или несколько потайных выдвижных столешниц.
Дамские столики можно было переставлять и переносить из одного помещения в другое. Днём их ставили поближе к окну, а в вечернее время перемещали к дивану. Самым удобным считался столик с одним или двумя неглубокими ящичками и откидной подушечкой для иголок. Под подъёмной столешницей скрывались отделения для ниток, кружев, тесьмы и всевозможных рабочих приспособлений.
