Имя Леонтия Семёновича Станищевского, работавшего во второй половине XVIII века, практически незнакомо широкому кругу зрителей. Художник упоминается в архивных документах среди учеников профессора Санкт-Петербургской Императорской академии художеств, директора Петербургской шпалерной мастерской, владельца частной домашней школы Гавриила Игнатьевича Козлова. Имя Леонтия Семёновича Станищевского, работавшего во второй половине XVIII века, практически незнакомо широкому кругу зрителей. Художник упоминается в архивных документах среди учеников профессора Санкт-Петербургской Императорской академии художеств, директора Петербургской шпалерной мастерской, владельца частной домашней школы Гавриила Игнатьевича Козлова.
В коллекции Екатеринбургского музея находятся три уникальных подписных портрета сыновей уральского горнозаводчика Алексея Федоровича Турчанинова, принадлежащих кисти Л. С. Станищевского. На обороте каждого из них автор написал не только свое имя, но и краткую биографию портретируемого. В Санкт-Петербурге А. Ф. Турчанинову, инициировавшему добычу и художественную обработку малахита, принадлежал дом, где, вероятно, и были написаны портреты его сыновей: Алексея, Петра и Александра. Известно, что этот горнозаводчик был выдающимся коллекционером. Данные портреты экспонировались в главном господском доме Турчаниновых в Сысерти, где роскошное убранство составляли произведения жанровой живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства России и Западной Европы.
Даже привычные для парадного изображения сухость и статичность не могут скрыть в этих портретах мальчишеской живости и подвижности, а трогательная пухлость румяных лиц составляет забавный контраст с военной строгостью мундиров. В те времена в русских дворянских семьях только что родившихся мальчиков сразу записывали в полк, и к 15-16 годам они были уже в достаточно высоких чинах. Изображение фигуры одиннадцатилетнего Алексея еще хранит черты старой парсуны, она словно бы распластана по поверхности холста. Свежесть лица старшего сына заводчика чуть смягчает наивную суровость условного пейзажа и деловых аксессуаров юного горного инженера. Детский портрет в XVIII веке был достаточно редок и считался сложным для воплощения. Изображение Алексея Турчанинова является одним из классических примеров того портрета, где сквозь парадную официозность образов явственно проступает детская наивность и чистота.
