Константин Иванович, который не имел ни малейшего вкуса к решению технических вопросов пространственной организации декораций, сразу же привлек меня в качестве напарника для обеспечения этой стороны работы. Мы работали несколько месяцев у меня на квартире, где было просторно и удобно. Часто приходил Вейсбрем. Он был полон энтузиазма и удивительно умел воодушевлять, рассказывая о своих планах и раскрывая увлекательные возможности пьесы. Впрочем, Рудакова не нужно было подогревать: если задача приходилась ему во вкусу, то он работал с поразительной энергией. Его работоспособность была исключительной, равно как и быстрота, с которой он работал, — признак высокого профессионализма.

Как и следовало ожидать, эта постановка, задуманная преждевременно и несоответствующая реальным возможностям того времени, не состоялась. Но осталась сюита чудесных эскизов костюмов и декораций, которые занимают почетное место в творческом наследии Рудакова.