Мать художников вспоминала об этом так: «Страшно ведь было идти за человека, которого не только не знала, но и в глаза не видела. Каким он будет — добрым или злым, умным или дураком, красивым или уродливым? Только когда нараспев поп задал вопрос: „Согласна ли ты, раба божья Мария, идти в жены к рабу божьему Петру?“, я увидела своего будущего мужа и, глотая слезы проговорила: „Согласна“».

Подобные чувства испытывал и жених. Он не хотел так рано создавать семью: Пётр Афанасьевич с детства мечтал уехать в город и получить образование. Но воля родителей была для молодых законом. Так, сами того не подозревая, отец и мать художников обрели счастливую семью, в которой прожили долгие годы.

По воспоминаниям художников, их отец никогда не сидел без дела. До Октябрьской революции он трудился токарем на заводе в Бежице, а позже стал руководить продотрядами в деревне. Одновременно он заведовал овстугским клубом, где возглавлял самодеятельность. Алексей Ткачёв рассказывал, что отец их «книжку любил безумно, всё с книжками ходил». Мама художников была неграмотной, но, сидя вечерами за рукоделием, нередко просила читать ей вслух. Отец читал матери «Войну и мир», «Анну Каренину», а после они живо обсуждали произведения.

Мария Васильевна в молодости обладала прекрасным голосом, часто была запевалой на деревенских свадьбах. В Речице она славилась своим рукоделием и тонким вкусом — художники до сих пор хранят народный костюм, для которого она самостоятельно выткала ткань, а затем скроила её, сшила и украсила вышивкой. Мать любила рассказывать детям рассказы и народные сказки, пела им старинные русские песни при свете лучины. Художники признавались, что, возможно, именно любовь матери к народному искусству зародила в них любовь к творчеству.