Посмертную маску композитора снял скульптор Славомир Иосифович Целинский. Она хранилась у Модеста Чайковского, брата композитора.
По трагической случайности композитор умер от холеры. Вечер накануне смертельной болезни он провел в Александринском театре на представлении «Горячее сердце». В ночь с 20 на 21 октября, вернувшись с дружеского ужина из ресторана Лейнера, композитор почувствовал расстройство желудка.
К утру оно обострилось, но было принято за обычное для Чайковского «недомогание», как правило быстро проходившее. На этот раз состояние продолжало ухудшаться, известный петербургский врач Лев Бернардович Бертенсон констатировал у Чайковского азиатскую холеру в тяжелой стадии. 24 октября положение стало критическим, в течение дня Чайковский неоднократно впадал в забытье, бредил. К вечеру стал замедляться пульс и затруднилось дыхание. После 22 часов состояние больного было признано безнадежным. Почти не приходя в сознание, в результате отека легких и ослабления сердечной деятельности композитор скончался 25 октября в 3 часа 15 минут.
Свидетелями его последних минут стали братья Модест и Николай, племянник Давыдов и врач Мамонов. Утром этого же дня ряд газет напечатали короткие сообщения о смерти Чайковского.
По указанию императора Александра III было решено похороны проводить в Петербурге. Проститься с усопшим пришли сотни людей, были доставлены десятки венков. Газеты публиковали репортерские отчеты о болезни Чайковского, интервью с врачами, родными и близкими покойного, тексты многочисленных телеграмм соболезнования.
В день похорон, 28 октября, после отпевания Чайковского в Казанском соборе и грандиозного шествия по Невскому проспекту, тело композитора было погребено в Некрополе мастеров Александро-Невской лавры. Три года спустя на могиле установили скульптурное надгробие, выполненное Павлом Каменским по эскизам директора Императорских театров и друга композитора Ивана Всеволожского. Композиция состоит из бронзового портрета Чайковского на высокой гранитной плите, рядом — плачущая над раскрытой тетрадью нот муза, за бюстом возвышается чугунный крест и парящий ангел.
По трагической случайности композитор умер от холеры. Вечер накануне смертельной болезни он провел в Александринском театре на представлении «Горячее сердце». В ночь с 20 на 21 октября, вернувшись с дружеского ужина из ресторана Лейнера, композитор почувствовал расстройство желудка.
К утру оно обострилось, но было принято за обычное для Чайковского «недомогание», как правило быстро проходившее. На этот раз состояние продолжало ухудшаться, известный петербургский врач Лев Бернардович Бертенсон констатировал у Чайковского азиатскую холеру в тяжелой стадии. 24 октября положение стало критическим, в течение дня Чайковский неоднократно впадал в забытье, бредил. К вечеру стал замедляться пульс и затруднилось дыхание. После 22 часов состояние больного было признано безнадежным. Почти не приходя в сознание, в результате отека легких и ослабления сердечной деятельности композитор скончался 25 октября в 3 часа 15 минут.
Свидетелями его последних минут стали братья Модест и Николай, племянник Давыдов и врач Мамонов. Утром этого же дня ряд газет напечатали короткие сообщения о смерти Чайковского.
По указанию императора Александра III было решено похороны проводить в Петербурге. Проститься с усопшим пришли сотни людей, были доставлены десятки венков. Газеты публиковали репортерские отчеты о болезни Чайковского, интервью с врачами, родными и близкими покойного, тексты многочисленных телеграмм соболезнования.
В день похорон, 28 октября, после отпевания Чайковского в Казанском соборе и грандиозного шествия по Невскому проспекту, тело композитора было погребено в Некрополе мастеров Александро-Невской лавры. Три года спустя на могиле установили скульптурное надгробие, выполненное Павлом Каменским по эскизам директора Императорских театров и друга композитора Ивана Всеволожского. Композиция состоит из бронзового портрета Чайковского на высокой гранитной плите, рядом — плачущая над раскрытой тетрадью нот муза, за бюстом возвышается чугунный крест и парящий ангел.
