Расцвет русского портретного искусства последних десятилетий XVIII века был подготовлен предшествующим периодом становления и развития, заметно сблизившим его с европейской культурой, прежде всего с французским искусством. Этому способствовала работа в России иностранных мастеров, в числе которых были и выдающиеся.

Один из них — Жан-Луи Вуаль, работавший в Российской империи и писавший в основном портреты представителей «малого двора»: императора Павла I, его супруги Марии Фёдоровны, а также преимущественно лиц из числа петербургской знати. Произведения его кисти были популярными, их копировали, и, надо сказать, порой копии почти неотличимы от оригиналов.

В высших слоях русского общества того времени большой известностью пользовался и шведский художник-портретист Александр Рослин, временно работавший в России. В 1775–1777 годах он создал целый ряд портретов царственных особ, а также русских вельмож. Наиболее примечательной из его работ можно считать овальный портрет неизвестного в красном кафтане, находящийся в собрании Государственного Эрмитажа. Это произведение Александра Рослина по своему характеру напоминает выполненный на холсте в технике пастели погрудный портрет Ильи Богдановича Бибикова, казанского губернатора, впоследствии — сенатора.

Изображение отличается высоким мастерством исполнения, чистым и звучным колоритом, умением моделировать лицо с легкими тенями, передать предметность зеленого полурасстегнутого кафтана с красными отворотами, орденов. Вместе с тем это характерное изображение екатерининского вельможи, не лишенного выражения удовлетворенности своим положением, если не самодовольства. Правда, не жестокости, которая присутствует в парном портрете его жены.

Портрет находился в составе галереи усадьбы Полотняный Завод, подобной тем, что были в различных помещичьих усадьбах России. Порой произведения выдающихся русских и западных мастеров объединяли с работами дворовых художников из числа крепостных крестьян, с элементами примитива. Таковы были особенности уклада жизни тогдашней России.