Антон Рубинштейн сыграл огромную роль в жизни Петра Чайковского. Русский композитор, виртуозный пианист и педагог, он обладал прекрасным организаторским талантом. По его инициативе было создано Русское музыкальное общество, которое впервые стало проводить регулярные симфонические концерты.
Также Рубинштейн организовал Музыкальные классы, которые были преобразованы в первую в России Петербургскую консерваторию, затем возглавил ее и в ней же стал преподавать. Он был первоклассным педагогом, болеющим за своих учеников — свои сбережения часто тратил на помощь молодым талантам. В квартире Рубинштейна, расположенной в самом здании консерватории, постоянно проживали студенты.
В 22-летнем возрасте Петр Чайковский, несмотря на то, что уже окончил Училище правоведения и работал по профессии, поступил учиться под руководством Антона Рубинштейна. Герман Ларош, соученик Чайковского, вспоминал: «Могучая личность директора консерватории внушала нам, ученикам, безмерную любовь, смешанную с немалою дозою страха». Талант Рубинштейна, его энергичность, огромный кругозор и композиторская опытность восхищали Чайковского, оказывая на него и его творчество значительное влияние.
В автобиографии, написанной летом 1889 года, Чайковский отмечал: «…в отношении инструментовки и свободной композиции мне отчасти давал наставления Антон Рубинштейн, и я могу только восхищаться его сугубо практическим способом преподавания этих предметов. Я испытывал к нему глубокое поклонение; и действительно, было весьма трудно избежать магического притяжения, которое этот гениальный художник и благородный, великодушный человек вызывал у всех, кто имел счастье приблизиться к нему. Со всей своей энергией он поощрял меня к моему призванию, что ему, однако, не мешало часто отчитывать меня за мои склонности к новому направлению и за мои попытки следовать по стопам Берлиоза и Вагнера».
Отношения двух композиторов были очень непростыми, но продлились более 30 лет. Антон Рубинштейн относился к своему ученику довольно прохладно. В 1878 году Чайковский высказал свои обиды на учителя в письме к близкой подруге и благодетельнице, Надежде фон Мекк. Он очень сожалел о том, что Рубинштейн знал музыкальный талант и перспективы своего ученика, но никак не участвовал в распространении его известности. Чайковский писал: «…этот туз всегда относился ко мне с недоступным высокомерием, граничащим с презрением, и никто, как он, не умел наносить моему самолюбию глубоких ран».
Также Рубинштейн организовал Музыкальные классы, которые были преобразованы в первую в России Петербургскую консерваторию, затем возглавил ее и в ней же стал преподавать. Он был первоклассным педагогом, болеющим за своих учеников — свои сбережения часто тратил на помощь молодым талантам. В квартире Рубинштейна, расположенной в самом здании консерватории, постоянно проживали студенты.
В 22-летнем возрасте Петр Чайковский, несмотря на то, что уже окончил Училище правоведения и работал по профессии, поступил учиться под руководством Антона Рубинштейна. Герман Ларош, соученик Чайковского, вспоминал: «Могучая личность директора консерватории внушала нам, ученикам, безмерную любовь, смешанную с немалою дозою страха». Талант Рубинштейна, его энергичность, огромный кругозор и композиторская опытность восхищали Чайковского, оказывая на него и его творчество значительное влияние.
В автобиографии, написанной летом 1889 года, Чайковский отмечал: «…в отношении инструментовки и свободной композиции мне отчасти давал наставления Антон Рубинштейн, и я могу только восхищаться его сугубо практическим способом преподавания этих предметов. Я испытывал к нему глубокое поклонение; и действительно, было весьма трудно избежать магического притяжения, которое этот гениальный художник и благородный, великодушный человек вызывал у всех, кто имел счастье приблизиться к нему. Со всей своей энергией он поощрял меня к моему призванию, что ему, однако, не мешало часто отчитывать меня за мои склонности к новому направлению и за мои попытки следовать по стопам Берлиоза и Вагнера».
Отношения двух композиторов были очень непростыми, но продлились более 30 лет. Антон Рубинштейн относился к своему ученику довольно прохладно. В 1878 году Чайковский высказал свои обиды на учителя в письме к близкой подруге и благодетельнице, Надежде фон Мекк. Он очень сожалел о том, что Рубинштейн знал музыкальный талант и перспективы своего ученика, но никак не участвовал в распространении его известности. Чайковский писал: «…этот туз всегда относился ко мне с недоступным высокомерием, граничащим с презрением, и никто, как он, не умел наносить моему самолюбию глубоких ран».
