В 1872 году Суриков работает над серией рисунков из жизни Петра I для московской Политехнической выставки, организованной в связи с 200-летием со дня рождения императора. На одном из них через лес и топи мужики в лаптях и длинных крестьянских рубахах тащат волоком деревянное судно. 

Сюжетом рисунка послужил эпизод, когда после поражения под Нарвой, Петр втайне готовил отвоевание Невы у шведов и выход в Балтийское море. Он разработал план внезапного нападения на крепость Нотебург (Орешек). 

В этом сюжете Суриков впервые проявил себя как будущий «композитор» (так называли его в Академии художеств), мастер массовых сцен. 

Конечно, в строгой последовательности трех планов, центральном расположении главного героя, декоративности пейзажа угадываются традиции академизма. Но сложные ракурсы, в которых изображены персонажи, их энергичные, рифмующиеся между собой движения позволили художнику убедительно передать ощущение крайнего напряжения сил. 

Рисунок углем по-своему живописен, выразительности ему добавляют и резкие переходы от тени к свету, и контрасты (белые рубахи крестьян буквально сияют на фоне их серых армякови черной земли).

Ухватившись за канаты, согнувшись от усилий и тяжело упираясь ногами в землю, тянут они лямку, кто, перекинув через плечо, кто — держа в вытянутых руках, пятясь или повернувшись боком. 

Этим размеренным движениям людей противостоит застывшая в своей вечности северная природа, которой все же придется покориться дерзкому замыслу одного человека. Он — почти в центре композиции, в потрепанном офицерском мундире и надвинутой на лоб треуголке, ухватившись одной рукой за бечеву, другой как бы указывает людям направление движения. В этом взмахе руки, в «винтовом» развороте тела таится мощная энергия Петра. На звук его голоса повернули головы несколько человек. Он — вдохновитель и главная «пружина» действий людей. 

Суриков верно угадывает характер императора с его способностью управлять не только с помощью слов и указов, но и самому браться за дело, подкрепляя приказы личным примером.