Представленный в экспозиции рисунок неизвестного художника был сделан в декабре 1841 года в Новгороде, где Александр Герцен отбывал очередную ссылку. Рисунок изображает первую елку в жизни сына Герцена, Саши. Композиция картины проста: слева на столе — рождественская елка без украшений. Справа — женщина в темном платье, скорее всего няня Саши, она держит на руках ребенка, протягивающего руку к елке. На обороте сохранилась надпись, сделанная рукой Натальи Александровны Герцен, мамы Александра-младшего: «1841. Декабрь, 26. Новгород».

Праздник был омрачен трагическими событиями: в двадцатых числах декабря у Герценов родилась дочь, которую в честь матери назвали Натальей, но девочка прожила всего несколько дней. Наталья Александровна сообщила в письме своей московской подруге Татьяне Астраковой:

Этот рисунок — одно из первых изображений рождественской елки в русской живописи, а процитированное письмо Натальи Герцен — одно из первых описаний устройства елки в русском доме. Мода наряжать елку к новогодним праздникам пришла в Россию из Германии, на рубеже 1830–40-х годов. Сначала это «немецкое обыкновение» распространилось в домах петербургской знати. Но обычай стал быстро входить в моду, и уже к концу 1840-х годов елка стала привычным предметом рождественского интерьера в столице. «В Петербурге все помешаны на елках, — иронизировал по этому поводу литератор Иван Иванович Панаев. — Начиная от бедной комнаты чиновника до великолепного салона, везде в Петербурге горят, блестят, светятся и мерцают елки в рождественские вечера. Без елки теперь существовать нельзя. Что и за праздник, коли не было елки?».