За основу картины «Обливание» Николай Фешин берет традиционный для деревенских жителей обычай зазывания дождя. На Руси обряд обливания совершался в жару, которая грозила неурожаем, а также был частью многих праздников. Так, во «…Светлую седмицу Пасхи, ежели кто не бывает у утрени, такого… обливают водой и в реках и в прудах купают…» — писал историк Иван Снегирёв.
Известно, что и на Петров день, и особенно на Иванов день парни вытаскивали девушек из домов, где они прятались, и обливали. Девушки в мокрой одежде шли с парнями обливать других, а потом все вместе купались. В этом обряде христианское «смывание грехов» соединялось с памятью о языческих ритуалах зазывания дождя.
Действие картины разворачивается на фоне типичного деревенского пейзажа с крытыми соломой избами, тропинками, березами. Односельчане обливают друг друга у колодца, после того как совершили моление о дожде. Фешин еще со студенческих лет много путешествовал по России «с целью художественных работ с натуры». Эту сценку он подсмотрел в селе Надеждино Казанской губернии.
Картина «Обливание» стала продолжением этнографической темы, заявленной в таких работах Фешина, как «Черемисская свадьба» и «Капустница». Но, в отличие от этих работ, «Обливание» осталась незаконченной. Формальная законченность работы никогда не была важным критерием для Фешина. В «Обливании» он сознательно не прорабатывает многие детали. Так, он не прорисовывает фигуру женщины с коромыслом и тем самым переключает внимание зрителя на девочку в розовом — главный композиционный центр работы. Ее худенькая фигурка акцентируется фоном из светлых объектов: одежда крестьянок, сосуд с водой в руках мальчика.
Одна из сложнейших задач, решенная здесь художником, — это передача сильных эмоций, таких как смех, плач, испуг. В этих неустойчивых состояниях сильно искажаются лица, их фиксация может привести к отталкивающему впечатлению застылой маски. Во многом благодаря порывистым штрихам и смазанности Фешину удалось передать предельное эмоциональное состояние, «схватить» живое мгновение.
Уезжая из Казани в 1923 году, Фешин сдал на хранение в музей несколько картин и этюдов, включая эту работу.
Действие картины разворачивается на фоне типичного деревенского пейзажа с крытыми соломой избами, тропинками, березами. Односельчане обливают друг друга у колодца, после того как совершили моление о дожде. Фешин еще со студенческих лет много путешествовал по России «с целью художественных работ с натуры». Эту сценку он подсмотрел в селе Надеждино Казанской губернии.
Картина «Обливание» стала продолжением этнографической темы, заявленной в таких работах Фешина, как «Черемисская свадьба» и «Капустница». Но, в отличие от этих работ, «Обливание» осталась незаконченной. Формальная законченность работы никогда не была важным критерием для Фешина. В «Обливании» он сознательно не прорабатывает многие детали. Так, он не прорисовывает фигуру женщины с коромыслом и тем самым переключает внимание зрителя на девочку в розовом — главный композиционный центр работы. Ее худенькая фигурка акцентируется фоном из светлых объектов: одежда крестьянок, сосуд с водой в руках мальчика.
Одна из сложнейших задач, решенная здесь художником, — это передача сильных эмоций, таких как смех, плач, испуг. В этих неустойчивых состояниях сильно искажаются лица, их фиксация может привести к отталкивающему впечатлению застылой маски. Во многом благодаря порывистым штрихам и смазанности Фешину удалось передать предельное эмоциональное состояние, «схватить» живое мгновение.
Уезжая из Казани в 1923 году, Фешин сдал на хранение в музей несколько картин и этюдов, включая эту работу.
