Один из экспонатов музея-усадьбы — венское деревянное кресло из массива орехового дерева с плетеными участками спинки. Предмет мебели изготовлен во второй половине XIX века. Задние ножки и верхний фриз сиденья фанерован шпоном орехового дерева. Спинка с резными элементами и ножки изогнуты по силуэту. Стиль кресла — имитация рококо, по существующим аналогам его можно датировать третьей четвертью XIX века.
Кресло в 1880-е годы принадлежало Николаю Чернышевскому. С переездом из Астрахани в Саратов у литератора появились новые надежды на прорыв цензурной блокады и сотрудничество с московскими журналами и газетами. На это указывал владелец типографии В. Ф. Рихтер, у которого Козьма Солдатёнков печатал «Материалы для биографии Н. А. Добролюбова» Чернышевского.
Артист Иван Липаев побывал в гостях у Чернышевского в начале августа 1889 года: «Мне показалось, что его кабинет и он сам нечто целое и неразрывное… Книги были разложены по полкам сверху донизу. На стульях, на подоконниках, на письменном столе — всё книги и книги».
Ольга Сократовна Чернышевская оберегала здоровье мужа и запрещала ему работать по ночам. От скрипа рабочего кресла она просыпалась и уговаривала ложиться спать. Николай Гаврилович собственноручно оббил ножки этого кресла кожей, чтобы скрип не выдавал его ночных занятий за письменным столом.
После смерти мужа Ольга Чернышевская передала кресло семье Буковских — своим родственникам по линии сестры. На раме изнутри сохранилась ее надпись: «Кресло покойного Николая Гавриловича Чернышевского… От… (В музей…)». Часть надписи оказалась спилена при замене сломанной ножки. Обивка на ножках кресла также не сохранилась.
Кресло перешло в музей 11 февраля 1925 года от Буковских. В 1978 году его отреставрировали на Всероссийском производственном научно-реставрационном комбинате в Москве. В настоящее время кресло представлено в экспозиции «Отечества достойный сын» в разделе «Чернышевский и Саратов».
Кресло в 1880-е годы принадлежало Николаю Чернышевскому. С переездом из Астрахани в Саратов у литератора появились новые надежды на прорыв цензурной блокады и сотрудничество с московскими журналами и газетами. На это указывал владелец типографии В. Ф. Рихтер, у которого Козьма Солдатёнков печатал «Материалы для биографии Н. А. Добролюбова» Чернышевского.
В творческие планы Николая Гавриловича входило участие и в местных периодических изданиях. По заявлению Ивана Горизонтова, который издавал газету «Саратовский листок», писатель выразил готовность сотрудничать в его газете: «Конечно, не под своим именем, дабы ни мне, ни вам не было неприятностей…».
Артист Иван Липаев побывал в гостях у Чернышевского в начале августа 1889 года: «Мне показалось, что его кабинет и он сам нечто целое и неразрывное… Книги были разложены по полкам сверху донизу. На стульях, на подоконниках, на письменном столе — всё книги и книги».
Ольга Сократовна Чернышевская оберегала здоровье мужа и запрещала ему работать по ночам. От скрипа рабочего кресла она просыпалась и уговаривала ложиться спать. Николай Гаврилович собственноручно оббил ножки этого кресла кожей, чтобы скрип не выдавал его ночных занятий за письменным столом.
После смерти мужа Ольга Чернышевская передала кресло семье Буковских — своим родственникам по линии сестры. На раме изнутри сохранилась ее надпись: «Кресло покойного Николая Гавриловича Чернышевского… От… (В музей…)». Часть надписи оказалась спилена при замене сломанной ножки. Обивка на ножках кресла также не сохранилась.
Кресло перешло в музей 11 февраля 1925 года от Буковских. В 1978 году его отреставрировали на Всероссийском производственном научно-реставрационном комбинате в Москве. В настоящее время кресло представлено в экспозиции «Отечества достойный сын» в разделе «Чернышевский и Саратов».
