Картина изображает важный эпизод Отечественной войны 1812 года. Это конец первого этапа войны, когда под натиском Наполеона армия Александра I отступала от границ Российской империи. После Бородинской битвы, ранним утром 1 сентября, русские войска заняли позицию под Москвой, между деревней Фили и Воробьёвыми горами, которая плохо подходила для генерального сражения.

Вечером того же дня главнокомандующий Михаил Кутузов созвал военный совет в доме филевского крестьянина Михаила Фролова. Были приглашены генералы Барклай-де-Толли, Беннигсен, Остерман-Толстой, Толь, Раевский, Дохтуров, Ермолов, Коновницын и Кайсаров. Перед ними стоял главный вопрос: сражаться с французами здесь или сдать Москву без боя?

Мнения генералов разделились. Выслушав всех присутствующих, фельдмаршал Михаил Кутузов встал и сказал слова, ставшие историческими:

Всего через полтора месяца окрепшая армия Кутузова и мощное народное ополчение переломили ход войны, и армия Наполеона бежала из России. Лев Николаевич Толстой подробно описал военный совет в Филях в романе «Война и мир». На основе этого эпизода художник Алексей Кившенко написал две картины к 70-летию совета. Одна из них хранится в Русском музее, вторая — в Третьяковской галерее.

Алексей Данилович Кившенко окончил Императорскую Академию художеств, получил золотые медали за работы «Самсон и Далила» и «Брак в Кане Галилейской». После стажировки за границей Кившенко получил звание академика и работал в Закавказском крае по заказу императора Александра III над картинами русско-турецкой войны. Среди его работ — серия картин о призвании варягов, крещении Руси, Невской битве, взятии Казани и других ключевых эпизодах русской истории.

«Военный совет в Филях» — одно из самых удачных произведений Кившенко в отношении замысла, композиции и экспрессивности. Заметное место на картине занимает красный угол — домашний алтарь с иконами, почетное место русской избы. Фигура Михаила Кутузова показана слева, обособлено от остальных и развернута к зрителю. Его «народное» решение сдать Москву не поддержало большинство генералов, однако Кутузову хватило мужества его принять.