Невьянская наклонная башня Демидовых — уникальный памятник промышленной архитектуры, построенный в 1722–1732 годах по типу древнерусских шатровых башен и колоколен. Состоит из четверика и трех постепенно убывающих восьмигранных ярусов с балконами. Башня — многофункциональное сооружение, которое действовало как часовая башня, сторожевая дозорная вышка и служила для оповещения населения о пожаре.

На первом и втором восьмигранном ярусе Невьянской наклонной башни располагаются часы-куранты, привезенные по указанию Акинфия Никитича Демидова и установленные в 1730-е годы. Они состоят из механического и музыкального механизмов, а также колоколов.

Музыкальный механизм курантов состоит из программного металлического цилиндра, на котором в соответствии с запрограммированными мелодиями располагаются ряды штифтов, нажимающих на рычаги-клавиши при вращении вала. От рычагов тянутся проволочные тяги с молотками, которые ударяют по колоколам, расположенным на втором восьмигранном ярусе башни. Колокольная часть часов-курантов состоит из 10 медных английских колоколов 1730 года, отбивающих четверти и получасы и исполняющих мелодии, и одного невьянского бронзового колокола 1732 года, отбивающего часы. Музыкальный вал срабатывает каждые 3 часа (в 3, 6, 9, 12 часов) — 8 раз в сутки.

К середине 1970-х годов часы-куранты Невьянской наклонной башни находились в плачевном состоянии и представляли собой заброшенную машину, покрытую слоем многолетней грязи и ржавчины. В 1974–1976 годах процесс по восстановлению часов возглавил рабочий Невьянского завода Александр Иванович Саканцев. Для реставрации было изготовлено 3109 деталей, в том числе 2186 штифтов для музыкального вала.

По сведениям 1907 года, часы-куранты исполняли 18 музыкальных пьес. В 1913 году на четвертной вал была запрограммирована мелодия «Боже, царя храни», а в 1946-м — мелодия «Широка страна моя родная…»

Во время реставрации А.И. Саканцев обнаружил первоначальную разметку, которая указала на количество дорожек с запрограммированными мелодиями, их оказалось 20. Мелодии были записаны на нотные листы преподавателем Невьянской детской музыкальной школы Галиной Михайловной Хакимзяновой. Ноты и звуковая запись мелодий были отправлены в Уральскую государственную консерваторию, где старший преподаватель кафедры теории музыки, член Союза композиторов СССР Сергей Иванович Сиротин подтвердил, что механизм курантов восстановлен в его первоначальном виде.