Книги Максима Горького «Мои университеты» и «Исповедь» подписаны автором для начинающего казанского литератора Семёна Аджамова. Он получил эти автографы в 17 лет, будучи сотрудником редакции газеты «Красная Татария» в Казани. «Мои университеты» — это автобиографическая повесть Горького, в которой его герой близок по возрасту Аджамову, а «Исповедь» подталкивает к размышлениям о собственном духовном искании.
Семён Аджамов с детства увлекался поэзией и рано начал писать. Он не раз отправлял свои тексты на рецензию Максиму Горькому, творчеством которого был восхищен. Горький в то время жил в Италии и ежедневно получал так много писем, посылок и бандеролей, что почтальону приходилось брать извозчика, чтобы все привезти. На конвертах часто значилось только два слова «Сорренто — Горькому», но виллу писателя на отдаленном утесе уже знали все почтовые служащие.
Максим Горький писал ответные письма каждый день. Он делал это с удовольствием, называл это занятие отдыхом. Много времени уходило у него на вычитку и правку чужих рукописей, которые ему присылали молодые авторы со всех концов страны. 15 марта 1928 года долгожданный ответ от Горького получил и Семён Аджамов. В нем Горький отмечал влияние на Семёна Никитича стихов Сергея Есенина, что, «разумеется, не есть беда, — Есенин поэт хороший».
Далее Горький продолжал:
Семён Аджамов с детства увлекался поэзией и рано начал писать. Он не раз отправлял свои тексты на рецензию Максиму Горькому, творчеством которого был восхищен. Горький в то время жил в Италии и ежедневно получал так много писем, посылок и бандеролей, что почтальону приходилось брать извозчика, чтобы все привезти. На конвертах часто значилось только два слова «Сорренто — Горькому», но виллу писателя на отдаленном утесе уже знали все почтовые служащие.
Максим Горький писал ответные письма каждый день. Он делал это с удовольствием, называл это занятие отдыхом. Много времени уходило у него на вычитку и правку чужих рукописей, которые ему присылали молодые авторы со всех концов страны. 15 марта 1928 года долгожданный ответ от Горького получил и Семён Аджамов. В нем Горький отмечал влияние на Семёна Никитича стихов Сергея Есенина, что, «разумеется, не есть беда, — Есенин поэт хороший».
Далее Горький продолжал:
