По воспоминаниям очевидцев, стены в мастерской Матисса в Исси-ле-Мулино были белыми, что не мешало художнику изображать их розовыми или красными (в «Красной мастерской», хранящейся в нью-йоркском Музее современного искусства). Матисс любил цитировать Делакруа, утверждавшего, что точность не тождественна правде, а сам говорил:

И еще: 

Поэтому, несмотря на то, что в «Мастерской художника» немало конкретных предметов интерьера из студии Матисса, ее цветовое решение полностью оригинально: грань между реальностью и фантазией оказывается практически стерта.

«Мастерская художника» была написана в 1911 году. Если в более ранние годы (как, например, на полотне «Радость жизни») Матиссу приходилось обращаться к воображаемым, фантастическим мирам, чтобы экспериментировать с цветом и линией, то теперь ему вполне хватает обыкновенного интерьера мастерской, который он видит каждый день. Одна из самых занимательных композиционных находок картины, ярко демонстрирующая способность художника соединять реальность с фантазией, — мысленная вертикальная линия, которую зрителю предлагается провести от вазы на высоком табурете. Ваза пуста, но узоры синей драпировки, висящей на ширме, как будто замещают здесь живые цветы; от них, в свою очередь, зрительский взгляд переходит уже к настоящей природе, которую мы видим в оконном проеме.

Причудливые, узорчатые, орнаментальные ткани, ковры и драпировки — регулярный мотив картин Матисса. Не лишним будет вспомнить, что его предки по отцовской линии были ткачами, а сам регион, из которого происходил художник, — Боэн-ан-Вермандуа на севере Франции — славился своей текстильной промышленностью. Интерес Матисса к разного рода тканям и коврам подпитывался его знакомством с мусульманской культурой: в 1910 году художник побывал на большой выставке исламского искусства в Мюнхене, а спустя два года отправился в экспедицию в Марокко. Центральные элементы композиции «Мастерской художника», организующие пространство интерьера, — узорчатая ткань, висящая на ширме, и лежащий на полу ковер — выдают знакомство живописца с традицией декоративных восточных арабесок.

Фовисты* эмансипировали цвет, сделав его основным носителем художественной экспрессии, и, хотя к моменту написания «Розовой мастерской» их движение фактически сошло на нет, переживание яркой, броской, дикарской эстетики фовизма в том или ином виде характерно почти для всего творчества Матисса, включая и зрелые работы. Это полотно — своего рода цветовая симфония: розовый цвет вступает во взаимодействие с охрой и нежно-изумрудными оттенками, а желтый ковер с синим орнаментом уравновешивается синей тканью с желтыми узорами. Неслучайно несколько картин Матисса — «Мастерская художника», «Красная мастерская», «Интерьер с баклажанами» и «Семейный портрет» — получили название «симфонические интерьеры».

Матисс к 1911 году — художник уже достаточно зрелый, многое переживший, знакомый с разными стилями западного и восточного искусства. Поэтому если интерьер «Мастерской художника» по преимуществу выполнен им в прозрачной, акварельной манере, то пейзаж за окном, состоящий целиком из отдельных тонких мазков, — это внезапное и, очевидно, абсолютно осознанное возвращение к импрессионизму, своего рода культурная гиперссылка.

Жанр «Мастерская художника» определяли как нечто среднее между натюрмортом и интерьерной живописью — между тем сам Матисс считал картину во многом автопортретом. О художнике здесь рассказывает обстановка студии, но главное — его собственные работы, представленные в немалом количестве: картины в картине. Место нашлось и живописным произведениям (самые известные из них — «Роскошь» 1908 года и одна из версий «Танца», ныне хранящаяся в Нью-Йорке), и скульптуре, которой Матисс тоже отдавал много времени и сил. Вид мастерской как будто говорит зрителю: вот он я, вот мои интересы, это то, чем я занимаюсь и чем живу.