Ижорский завод в Колпино с 1941 по 1944 год находился в непосредственной близости от линии фронта и подвергался непрерывным артиллерийским обстрелам и налётам вражеской авиации, за время блокады противник выпустил по Колпино 140 939 снарядов, из них на территорию завода — 8 942 снаряда и 67 бомб, а линия обороны проходила всего в 3–4 километрах от заводской проходной. В журнале дежурных ПВО сохранились записи о том, что 4 сентября 1941 года с 9 часов 30 минут до 12 часов 30 минут на заводе разорвалось 53 снаряда, убито и ранено 13 человек, а 9 сентября с 8 часов 30 минут до 20 часов 20 минут — 115 снарядов.
Несмотря на это, предприятие продолжало работать, производя бронекорпуса и бронемашины, орудийные корабельные башни, бронебойные снаряды, реактивные миномёты и снаряды для них, а с 1942 года завод участвовал в создании «малого флота» — тральщиков, морских охотников, шхерных мониторов. Фотография 1943 года зафиксировала момент совещания руководителей завода и района прямо в разрушенном цехе, что было характерным для военного времени стилем работы — решение вопросов на месте, не дожидаясь, пока восстановят стены.
Андрей Алексеевич Кузнецов, назначенный директором Ижорского завода в ноябре 1941 года, руководил предприятием до 1949 года, а затем занимал пост председателя Ленинградского горисполкома, под его руководством завод продолжал функционировать под обстрелами, выпуская продукцию для фронта. По мере приближения фронта вокруг Колпино было сооружено 290 огневых точек и 3 тысячи бронированных щитков, а снимок стал документальным свидетельством того, как в условиях войны решались неотложные производственные задачи — прямо на месте, под угрозой новых обстрелов.
