Марокканцы привлекли Матисса своими декоративными нарядами, а их неторопливые движения подсказали мастеру идею написать их застывшими, изобразить фронтально, подобно иконам, как олицетворение Востока. Несомненно, здесь сказался и опыт знакомства с древнерусским искусством, и, возможно, эта перекличка привлекла внимание Щукина к картине «Стоящий марокканец в зеленой одежде». На ней представлен воин племени рифов, смуглый широкоплечий человек в светло-зелёном бурнусе. 

Как признавался Матисс в письме семье, риф воплощал для него «тип великолепного и дикого, как шакал, горца». Невозмутимостью, торжественной неподвижностью веет от строго фронтально поставленной фигуры, которая почти целиком заполняет собой переднюю плоскость холста. В то же время созданный Матиссом образ кажется не до конца уловимым, походящим на сказочный мираж. 

Фигура материализуется из светящихся красок: зеленой, голубой, розово-охристой, легким и прозрачным слоем положенных на белый грунт холста. Главное — торжество чистого цвета, прозрачного, светоносного и подвижного, прекрасно передающего романтическое ощущение ускользающего, таинственного Востока.