Марко Риччи — рисовальщик и гравер из Италии, который за 53 года жизни успел попутешествовать по Англии, Голландии и Франции. Среди прочих его интересов значились дворцовое и театральное декорирование, а также карикатуры.
Сильное влияние на юношу оказал Себастьяно Риччи, который трудился живописцем, поэтому смог обучить племянника в студии. Кроме того, молодой человек изучал творчество таких коллег, как Алессандро Маньяско, Гаспар Дюге, Клод Лоррен, Питер Мулир и Сальватор Роза. В этой связи его ранние работы носят подражательный характер, лишь намекающий на самобытность.
Однако со временем талант автора проявился в «проторомантической» трактовке ландшафтов. В этой манере созданы картины «Христос на Галилейском море», «Пейзаж с прачками и монахами» или «Буря на море». Одной из таких картин стала и «После бури», на которую можно полюбоваться в Серпуховском историко-художественном музее.
Марко Риччи использовал масляные краски коричневой, серой и зеленой гамм, которые не отвлекают от экспрессивных мазков по холсту. Скромная палитра только подчеркивает динамичность пятен и линий.
Тем не менее части композиции лишены четких границ. Волны стремятся к массивным скалам с потрепанными деревьями, которые все же тянутся листвою к неспокойным облакам. Таким образом мастер показал в пейзаже силу притяжения и неизбежность слияния стихий.
По мнению исследователей, художник пытался продемонстрировать взаимодействие первоэлементов: воздуха, земли, воды и огня. Последний из них можно соотнести с красноватым отблеском костра на растениях.
Людей на берегу сложно назвать главными героями сюжета. Мужчина в центре является лишь созерцателем действа. Как высказался Блез Паскаль о человеке эпохи барокко, он ощущал себя «чем-то средним между всем и ничем».
В свою очередь, рыбаки на лодке предстают статистами, которые вышли на сцену, где только что закончила выступление прима — природа.
Стоит отметить, что атмосфера полотна «После бури» отображает не столько поиски персонального стиля, сколько время перехода к рококо, затронувшее множество сфер самовыражения. К примеру, увлечение античностью и сельской идиллией привносит в живопись чувственность и меланхолическое изящество. На месте контрастов и геометрической правильности возникают приглушенные тона и изогнутые контуры. В итоге со стен исчезли мрачные иконы и реалистичные портреты, ведь их место заняли собирательные образы и вымышленные персонажи.
Сильное влияние на юношу оказал Себастьяно Риччи, который трудился живописцем, поэтому смог обучить племянника в студии. Кроме того, молодой человек изучал творчество таких коллег, как Алессандро Маньяско, Гаспар Дюге, Клод Лоррен, Питер Мулир и Сальватор Роза. В этой связи его ранние работы носят подражательный характер, лишь намекающий на самобытность.
Однако со временем талант автора проявился в «проторомантической» трактовке ландшафтов. В этой манере созданы картины «Христос на Галилейском море», «Пейзаж с прачками и монахами» или «Буря на море». Одной из таких картин стала и «После бури», на которую можно полюбоваться в Серпуховском историко-художественном музее.
Марко Риччи использовал масляные краски коричневой, серой и зеленой гамм, которые не отвлекают от экспрессивных мазков по холсту. Скромная палитра только подчеркивает динамичность пятен и линий.
Тем не менее части композиции лишены четких границ. Волны стремятся к массивным скалам с потрепанными деревьями, которые все же тянутся листвою к неспокойным облакам. Таким образом мастер показал в пейзаже силу притяжения и неизбежность слияния стихий.
По мнению исследователей, художник пытался продемонстрировать взаимодействие первоэлементов: воздуха, земли, воды и огня. Последний из них можно соотнести с красноватым отблеском костра на растениях.
Людей на берегу сложно назвать главными героями сюжета. Мужчина в центре является лишь созерцателем действа. Как высказался Блез Паскаль о человеке эпохи барокко, он ощущал себя «чем-то средним между всем и ничем».
В свою очередь, рыбаки на лодке предстают статистами, которые вышли на сцену, где только что закончила выступление прима — природа.
Стоит отметить, что атмосфера полотна «После бури» отображает не столько поиски персонального стиля, сколько время перехода к рококо, затронувшее множество сфер самовыражения. К примеру, увлечение античностью и сельской идиллией привносит в живопись чувственность и меланхолическое изящество. На месте контрастов и геометрической правильности возникают приглушенные тона и изогнутые контуры. В итоге со стен исчезли мрачные иконы и реалистичные портреты, ведь их место заняли собирательные образы и вымышленные персонажи.
