Художник Павел Кузнецов — яркий представитель русского модерна. Его стиль, сформированный на рубеже XIX–XX веков, отличают искажения перспективы и воздушность палитры. За его свободное обращение с формой и цветом он снискал немало упреков от критиков. Но и тех, кто восторгался его живописью, было не меньше. Например, известный искусствовед начала XX века Абрам Эфрос называл его не иначе как «русским Гогеном». 

Передовые идеи художников того времени не всегда бывали приняты благосклонно. Известна история, что в самом начале 1900-х годов Кузнецов совместно Кузьмой Петровом-Водкиным и Петром Уткиным взялись за роспись храма Казанской Божьей Матери в Саратове. По завершению их работу сочли слишком вольной и росписи были уничтожены.

Окончательно фантазийный и настроенческий стиль Кузнецова сформировался в 1910–1920-х годах прошлого столетия. После Октябрьской революции он старался держаться в стороне от политики. Темы быта и труда в его произведениях лишены идеологических акцентов. За это он регулярно получал порицания от советских критиков. Писали, что в работах Кузнецова слишком много фантазии, отсутствуют острые вопросы, нет продвижения идеи переустройства общества, искажаются реалии советского времени. Высказывались и претензии к технике художника. Говорили, что он отступает от канонов реализма, небрежен, фигуры его картин «детски» написаны. И все же, несмотря на выпады критиков, Кузнецову всегда удавалось оставаться верным однажды избранному стилю своего творчества. И в 1930-х, и в 1960-х он оставался все тем же живописцем, о котором ещё в начале его творческого пути Василий Милиоти написал в журнале «Золотое руно»: «Кузнецова нужно принять так, как он есть или отойти молча…»