1930-е годы стали для завода «Красный гигант» временем нового подъема после трудного предыдущего десятилетия.
Здесь снова начали изготавливать стекло высокого качества, выпускались изделия для массового покупателя и по специальным заказам железных дорог и торгового флота. Помимо традиционных орнаментов и рисунков, для декора стали использовать целые сюжеты, события, волновавшие советское общество. Был увековечен в стекле и знаменитый ледокол «Красин».
Ледокол был спроектирован и построен на английской верфи как усовершенствованная, более мощная версия «Ермака» — первого ледокола, предназначенного для работ в суровых арктических условиях. В 1917 году, после устранения всех неполадок, он сошел на воду в составе флотилии Северного Ледовитого океана.
В последующие годы под своим первым названием «Святогор» он неоднократно переходил то к русским, то к англичанам, был затоплен и поднят. В 1922 году ледокол удалось выкупить у англичан. Его возвращению на родину особенно способствовал Леонид Борисович Красин; в честь этого советского дипломата ледокол получил свое новое название.
В 1928 году потерпел крушение дирижабль «Италия», на котором возвращалась с Северного полюса экспедиция Умберто Нобиле. На помощь выжившим членам экспедиции посылали несколько судов, но только «Красин» сумел достичь ледового лагеря. Люди были спасены. На пути домой команда ледокола пришла на выручку немецкому судну «Монте-Сервантес». Судно получило пробоины во льдах, когда на его борту находилось 1500 человек, включая пассажиров и экипаж.
За этот поход ледокол получил почетный орден Трудового Красного Знамени.
Никольский мастер-гравер Петр Александрович Порохов запечатлел легендарный ледокол в виде детальной матовой гравировки на тулове большого кувшина.
Изображение стало своеобразным символом мощи и героизма молодого государства.
Петр Порохов много сотрудничал с художниками Верой Мухиной, Алексеем Успенским, Николаем Тырсой. В 1949 году его пригласили на Ленинградский завод художественного стекла подготавливать местные кадры.
Лучшие изделия мастера хранятся в Никольском музее стекла и хрусталя, а также в Музее художественного стекла в Петербурге.
Здесь снова начали изготавливать стекло высокого качества, выпускались изделия для массового покупателя и по специальным заказам железных дорог и торгового флота. Помимо традиционных орнаментов и рисунков, для декора стали использовать целые сюжеты, события, волновавшие советское общество. Был увековечен в стекле и знаменитый ледокол «Красин».
Ледокол был спроектирован и построен на английской верфи как усовершенствованная, более мощная версия «Ермака» — первого ледокола, предназначенного для работ в суровых арктических условиях. В 1917 году, после устранения всех неполадок, он сошел на воду в составе флотилии Северного Ледовитого океана.
В последующие годы под своим первым названием «Святогор» он неоднократно переходил то к русским, то к англичанам, был затоплен и поднят. В 1922 году ледокол удалось выкупить у англичан. Его возвращению на родину особенно способствовал Леонид Борисович Красин; в честь этого советского дипломата ледокол получил свое новое название.
В 1928 году потерпел крушение дирижабль «Италия», на котором возвращалась с Северного полюса экспедиция Умберто Нобиле. На помощь выжившим членам экспедиции посылали несколько судов, но только «Красин» сумел достичь ледового лагеря. Люди были спасены. На пути домой команда ледокола пришла на выручку немецкому судну «Монте-Сервантес». Судно получило пробоины во льдах, когда на его борту находилось 1500 человек, включая пассажиров и экипаж.
За этот поход ледокол получил почетный орден Трудового Красного Знамени.
Никольский мастер-гравер Петр Александрович Порохов запечатлел легендарный ледокол в виде детальной матовой гравировки на тулове большого кувшина.
Изображение стало своеобразным символом мощи и героизма молодого государства.
Петр Порохов много сотрудничал с художниками Верой Мухиной, Алексеем Успенским, Николаем Тырсой. В 1949 году его пригласили на Ленинградский завод художественного стекла подготавливать местные кадры.
Лучшие изделия мастера хранятся в Никольском музее стекла и хрусталя, а также в Музее художественного стекла в Петербурге.
